Лето волонтёра

— У человечества появился и собственный смысл! Шанс развить собственного Высшего! Вы его зародыш!
Хорошо, что я сижу.
— Он в вас и приходит, — добил меня Продавец. — Вы для него основа, его центральный элемент.
— Но он приходил ещё до того, как мы попали в иную реальность.
— Конечно! Он может и в ваше младенчество прийти. Теперь он есть и распоряжается всей линией жизни.
— А как же… — я запнулся. — Как я теперь объединюсь с Высшим Миланы?
— Никак.
Продавец вздохнул и вдруг посмотрел на меня с жалостью.
— Вы с ней теперь конкуренты, Максим. Она, будучи человеком, собиралась строить себя, включая в свою личность людей, собирая человеческие смыслы, хотя бы поначалу. И вы, поскольку вы человек, привязаны к своей цивилизации, она тоже ваша питательная среда. Два медведя в одном лесу не уживутся, Максим…
Он наклонился ко мне, заглянул в глаза. Сказал негромко:
— Кажется, я сейчас снова на время исчезну. В любом случае, кто бы из вас ни победил, я надеюсь, что наши Высшие станут сотрудничать! Мы друг другу не конкуренты. Но… мне очень жаль, Максим… ведь кто-то должен будет погибнуть. Или вы, или Милана.
Продавец помолчал. Добавил:
— Даже хорошо, что я сейчас исчезну. Во-первых, это очень грустная ситуация, а я довольно сентиментален, это свойственно нашей культуре. Во-вторых, я боюсь за целостность своего тела в ближайшие минуты.
И он действительно исчез.
 
    
Часть 3. Глава вторая
Как ни странно, я не злился.
Злиться по-настоящему можно только на кого-то другого, я давно понял. Себе скорее сочувствуешь, находишь оправдания.
Вот на Высшего Миланы, хоть он и помогал нам, я мог злиться. На Инсеков, Прежних… А на себя-то? На тот неведомый мне смысл, который я, оказывается, создал, который даст возможность появиться Высшему… и пользоваться моим телом, словно куклой?
Это же мой смысл, в чём бы он ни состоял.
То, что Высший Миланы сейчас появится, было несомненно. Может, он специально не погнался за мной следом сразу, чтобы ушла Наська, чтобы появился и исчез Продавец. Дал мне обдумать происходящее.
Но вряд ли позволит уцелеть. Мы с ним прямые конкуренты.
Или шанс всё-таки есть?
Я прошёлся по квартире, размышляя, не сбежать ли вообще подальше. Но, судя по словам Продавца, — не выйдет.
Кстати, о Продавцах…
Я уставился на подаренный когда-то одним из них плащ, сиротливо висевший в прихожей у двери. Он сам себя чинил, кажется, даже защищал, а главное — экранировал мысли от Прежних. Подарочек был с подвохом, транслировал Продавцам все мои приключения.
Но какая разница…
Я снял плащ с крючка и надел на рубашку, чувствуя себя то ли придурком, то ли супергероем. Впрочем, каждый настоящий супергерой — немного придурок…
В дверь позвонили.
Помедлив, я открыл.
На пороге стояла Милана.
— Привет. Можно войти?
Кивнув, я отступил от двери. Спросил:
— Это ты или Высший?
— Это больше, чем я, — ответила Милана, входя.
Собственно говоря, мне так и показалось. Прямого присутствия Высшего я не чувствовал, но что-то в Милане было не то и не так.
Она прошла, вопросительно посмотрела на меня.
— Давай на кухню, — сказал я. — Чаем угощу. Расскажешь, что такое «больше, чем я»?
Повернуться к Милане спиной оказалось неожиданно сложно, но я повернулся. Пошёл на кухню, налил две кружки чая. Искоса посмотрел на Милану. Та стояла у окна.
— Тут был Продавец.
Не вопрос, утверждение.
— Верно. Тот самый, который то потухнет, то погаснет. Опять напустил тумана. Но сказал, что я породил смысл и стал основой Высшего. Так кто ты?
Милана глянула на меня и слабо улыбнулась.
— «Больше, чем я» — потому что думаю я сама и говорю с тобой сама. Но Высшего чувствую. Он где-то в глубине меня, выжидает и не вмешивается. Просит извинить за свою резкую реакцию.
У меня появилась слабая надежда, что договориться всё-таки возможно.
— Скажи Высшему, что я очень сожалею. Я этого не хотел.
Милана кивнула.
— Высший слышит. Он тоже не хотел тебя испугать. Мы не будем сейчас драться.
Мы оба как-то чуть-чуть расслабились. Будто вели сложные переговоры, в которых Милана была только переводчиком. А мы оставались рядом.
— Где Дарина? — спросил я.
— Мы… Высший попросил её не приходить. Она в Гнезде. В своём. Мы Наську встретили, они вместе.
Я кивнул. Мне было одновременно и радостно, что девчонки в безопасности, что Высший не имеет к ним претензий, и больно.
— У твоего Высшего есть какие-то предложения? — спросила Милана, помолчав.
— Он со мной вообще не разговаривает! — Я покрутил по столу чашку, в которой стыл чай. — Может, он всё-таки не мой? Чужой? Инсековский?
Милана покачала головой.
— А у твоего есть план, как нам разобраться в ситуации?
В глазах у Миланы появились слёзы.
— Он говорит… говорит, что выхода нет. Либо он будет развиваться, либо твой Высший.
— Если мы уйдём? — спросил я. — Прости. Если уйдём с Дариной? Или я один? Куда-нибудь в другой мир. В изгнание. Отпустишь, не обидишься?
Я попытался улыбнуться.
— Мой Высший как раз специалист по компромиссам и сотрудничеству, — сказала Милана. — Он потому и расстроен, Максим. Его такой вариант устроит, твоего Высшего — никогда. Ведь если ты уйдёшь, то это его смерть. Он не разовьётся, перестанет существовать. Ты согласишься, а он — нет. Ты его основа…
— Я не основа! — выкрикнул я. — Меня зовут Максим Воронцов! Три месяца назад я всего лишь захотел помочь Дарине! Не просил делать меня героем, не собирался придумывать какой-то смысл… да я и сам не знаю, что придумал! Я хочу жить нормальной жизнью!
Милана закрыла глаза. Посидела так несколько мгновений.
Потом посмотрела на меня вновь.
— Предлагай. Поговори со своим Высшим. Пусть подключается. Если он сумеет найти компромисс, мой Высший согласится.
— А если нет?
Милана молчала.
— Ненавижу их всех! — сказал я искренне. — Как было просто и хорошо раньше: Инсеки, Продавцы, Изменённые…
— Мой Высший даёт тебе ровно сутки. И предлагает затем встретиться где-нибудь в безлюдном месте. Максимально безлюдном. На тот случай, если ты не придумаешь выхода.