Лето волонтёра

— На ваше усмотрение. Вы можете помогать Инсекам, что вызовет реакцию нашего Высшего, или вредить им, что вызовет реакцию Высшего Инсеков. Вы в любом случае нарушаете тот путь, которым пойдёт наш мир, так что, оказавшись в активной точке, начнёте эту реальность рвать и отравлять! Стремительно и безжалостно, будто клинок, пробивший парус, или крупинка яда в бокале вина…
Милана подняла бровь и спросила:
— Вы пиратом не были?
— Не довелось, увы. Отравителем был, признаю… Вероятность, что вы станете сильным раздражителем и вами займётся Высший — почти сорок процентов. Далее… ну пятьдесят на пятьдесят, что он предпочтёт выбросить вас обратно, а не уничтожать. Хороший план?
— То есть у нас один шанс из пяти? — уточнил я.
— Да! Представляете, как это много в сложившихся обстоятельствах?
Я посмотрел на Ивана и решил, что он прав и даже не издевается. Ответил:
— Спасибо. Даже не знаю, почему вы решили нам помочь. Мне кажется, не только из страха, что здесь появится другой смысл.
— Мне интересна эта ситуация… — пробормотал Иван. — Она настолько неслыханная, что…
Он вдруг поставил бокал и взмахнул рукой.
— Я отправлю вас прямо сейчас. К сожалению… вами начинают активно интересоваться…
Иван сморщился, будто от зубной боли.
Я понял. Я даже не стал ничего уточнять.
Этот Прежний хоть и был сволочью, но человечности в нём осталось побольше, чем в нашем. А вот насчёт других Прежних я не был уверен. Я вспомнил Мод, которую смог разорвать на куски, вспомнил увиденный чужими глазами зал, в котором собирались правители нашего мира. Вспомнил все эти рожи — большей частью холёные, аристократические, надменные, вспомнил старушку в бриллиантах, вспомнил Уильяма, Виктора, прочих, известных всем и неизвестных никому…
— Отправляйте, Иван, — сказал я быстро. — И спасибо… вам и вашему отцу.
Экран вспыхнул рядом со столиком, попавший под него стул развалился на части и запахло горелым деревом. Одновременно в дальнем углу салона стал формироваться другой портал. Официанты шарахнулись в разные стороны, оказаться рядом с несколькими Прежними (а у меня не было сомнений, кто сейчас сюда прибудет) им не хотелось.
Как и мне.
— Девчонки, ходу! — крикнул я, вскакивая. Схватил за руку Дарину, другой рукой Милану — она чего-то тормозила, — потащил к экрану. Тот наливался знакомым серым свечением.
Мне показалось, что, когда мы вбежали в портал, из второго кто-то начал выходить.
Но я не увидел, кто именно. Да и не особо рвался.
В лицо дохнуло жаром — не влажной духотой корабля Инсеков, не горячим солнцем пустыни, а раскалённым металлом, пылающим деревом, смрадом запекающейся органики.
Ноги провалились в пустоту — портал открылся в метре над землей. Я упал, в последнюю секунду успев отпустить девчонок и повернуться боком. Плечо отозвалось болью… где же мои чудесные способности Защитника…
Перед глазами всё кружилось и мельтешило, разум никак не готов был к такой резкой смене обстановки. Мы лежали на булыжной мостовой — очень ровной, аккуратной, декоративной, как на вылизанных туристических улочках Европы. Но камень — это всё-таки камень… Я сел, морщась, потёр левое плечо.
Город, очень похожий на человеческий.
Полыхающий город.
Уже второй раз на моей памяти.
Я узнал его, а может быть, не узнал, а почувствовал. Мне даже название его было незнакомо, я помнил лишь, что остров называется Мидри и это кооперативное государственное образование, созданное в кредит и находящееся в залоге у одной из империй планеты Трисгард… у какой же именно…
Да плевать!
Мы оказались посредине узкой пустынной улочки, засыпанной битым стеклом — в домах вокруг не осталось ни одного целого окна. Вряд ли выбило осколками, скорее, какое-то экзотическое оружие, стёкла целиком перемололо в мелкую сверкающую пыль.
Совсем рядом с нами пылал завалившийся на бок автобус. Широкое заднее колесо было пробито, автобус врезался в стену здания и перевернулся. Из автобуса несло горелой плотью.
— Мы на Трисгарде… — прошептал я и посмотрел на Милану. Та сидела, бережно сжимая что-то в руке. — Ничего не чувствуешь?
— Что? — она оторопело посмотрела на меня. — Не разбилась!
Я только сейчас увидел, что в руках Милана сжимает открытую бутылку шампанского.
— Ты чего? — спросил я.
— Решила, будет смешно… — пробормотала она.
Понятно. В шоковой ситуации люди порой совершают нелепые поступки.
Я взял бутылку и глотнул. Пузырящаяся жидкость смыла с губ вкус яичного желтка. Я вернул шампанское Милане, она очень аккуратно поставила бутылку на мостовую. Помог встать Дарине, протянул руку Милане, но она поднялась сама.
— Это Трисгард, откуда родом твой смысл, — сказал я. — Не ощущаешь какой-то связи?
Милана покачала головой, озираясь. Спросила:
— Что тут происходит?
Над городом прокатился тонкий визжащий звук, будто исполинская дисковая пила перерезала напополам пару зданий.
— Полагаю, то же самое, что я уже наблюдал, — сказал я и мягко подтолкнул девчонок к ближайшему зданию. — Инсеки и Прежние дерутся за этот мир.
Теперь слова Ивана про «альтернативу», которая «как на заказ», стали понятными. Он действительно отправил нас в самую горячую точку противостояния. Здесь Изменённые Инсеков сражаются с гвардейцами Прежних. Здесь умирают и убивают тысячами (а мирных жителей так просто не считают).
И тут, пожалуй, мы можем затеряться в хаосе, примкнуть к Изменённым и…
Что «и»?
Помочь им захватить планету? Или удержать? Под кем она вообще сейчас? Здесь история шла иначе…
А может быть, Иван рассчитывал, что мы выступим против Изменённых?
Но нет, он не дурак. Он понимает, что боевые биоформы Прежних нам отвратительны.
Мы вбежали в один из домов. Дверь была распахнута, внутри царила какая-то жуткая, неестественная тишина. Мы оказались в просторной прихожей, с множеством шкафчиков и стульев. Какое-то общественное место?
— Эй… — позвала Милана. Замолчала. Спросила: — Почему так тихо?
Я жестом указал на устройство, закрепленное на стене у дверей — пятигранную звезду из полированного металла. На лучах звезды были затянутые тонкой серебристой сеткой решетки, из-под которых светило сиреневым.
Видеть устройство раньше мне не доводилось, но в полученной когда-то базе данных оно значилось.
— Это генератор звукового барьера, — сказал я. — Изолирует небольшую зону от шума. Технология низкочастотного эфира.
— Чего? — удивилась Дарина.