Алхимик: проклятая долина (СИ)
В углу возникла смутно знакомая женская фигура. Она посмотрела на него с сожалением и заботой.
— Нет, не убила бы. Ты же столько с ней разговаривал. Неужели она похожа на простую убийцу?
— Скажи это наёмникам, они прямо на улице, приятные ребята. — чрезмерно пристально разглядывал её Солум.
— Солум, дорогуша, отвернись, я же голая, имей стыд. — кокетливо произнесла женщина.
— Это приказ от заказчика? — не послушал алхимик просьбы.
— Нет, приказ от женщины. Как заказчик, я бы попросила о другом. — Подмигнула дама.
— Женщина даже своё имя не говорит и да, я бы хотел знать, какие у королевы дела с алхимиками. Или может лично с Фрисом? Какова моя роль в этом спектакле?
— Ариэль я, малыш, а вот дела королевы Осариса не твоя забота. Скажу только то, что Фрис уже мёртв. Он был нашей основной целью. Что касается тебя: я следовала за тобой, потому как хотела забрать останки сестры Рубы. Я хорошо знакома с её младшей сестрой. Девушка до сих пор оплакивает её, а я лишь решила вернуть должок. Когда я первый раз тебя встретила, то была уверена, что ты умрёшь. Но в деревне я увидела Рубу и даже не смотря на её хворь, я поняла, что должна вернуть её домой. Пусть и в виде скелета. А поскольку основное задание выполняли другие, я могла сосредоточиться на этом.
— Ни слова о том, что здесь случилось. Неужели ничего не показалось странным?
— Я не должна думать больше, чем надо. Весь свой отчёт я предоставлю королеве. Дальше это будет её забота. Солум, хватит о трагедиях. Лучше помойся, от тебя несёт за версту и одежду сжечь надо. Тебе помочь? Будем оба голышом бегать. Ну а потом, ты, две прелестные дамы… — посмотрела она на Нерону. — Смекаешь?
— Ариэль, значит ты у нас вообще крысёнышь и говоришь тут о запахах? А перчатки ты вернуть домой не хочешь? А что там с контрактом? Как ты там говорила? «О алхимик, отцы восстают против своих детей». Они больше не восстают, контракт завершён?
— О девять, какой ты нудный… Зайка, ну разве обязательно быть таким серьёзным? Как вы с Рубой друг друга не прибили? Да, завершен, если ты так хочешь. Твой контракт выполнен! Если хочешь знать моё мнение,
— Не хочу.
— … то только идиоты, могут давать такие клятвы. А если у тебя закажут в***ть пол деревни? Ты же провалишься, малыш. Не умирай понапрасну. Что до перчаток, я тебе окажу малый вотум доверия- доставь их сам. А не хочешь, так оставь себе. Решай сам. Скажу только то, что сестра тебе будет ну очень благодарна.
— Вы там, в Осарисе, все такие что-ли?
— О нет! Это вы в долине все скучные. Как вы тут живёте, не пойму?! Ладно, если не хочешь играть, то прощай. Я заберу останки и уеду. Кстати, твоего же коня слопали! — захихикала Ариэль. — Тогда может тебя подвести? Меня как раз напарник ждёт. Нерона с ним на одном коне поедет, а ты позади меня. Главное держи руки при себе. И хватит на меня уже глазеть! Негодник.
Солум закатил глаза, хотя и должен был признать, что диалог в такой манере отвлёк его от мрачных будней. Да и от помощи отказываться было глупо, едва ли уставший и голодный алхимик, получивший несколько психических травм, сможет безопасно вернуться назад, ещё и пешком.
— Ну, тогда спасибо, воспользуюсь твоим предложением.
— Ого! Да ты, оказывается, немного социализирован. Верно, господин алхимик? Подожди меня на улице. Я сложу останки и мы отправимся в путь.
— Ты нагой по дорогам будешь щеголять?
— А что, уже замечтался? — Солум вновь закатил глаза. — Да не переживай ты так, у меня здесь одежда припрятана. Жаль, что у меня мужского комплекта нет. Отправила бы тебя чиститься, да в такой одежде, это бесполезно. Подарить бы тебе новой одежды… Кстати, насчёт моего подарка…
— Зелье?
— Да, мой смекалистый мальчик. Я не буду с тебя требовать его сейчас, но если мы ещё раз встретимся, то ты мне его вернешь. Возможно даже не само зелье, а что-то равноценное, а что это будет, я решу на месте.
Солум фыркнул, а затем вышел на улицу. Ему было очень интересно, с профессиональной точки зрения, куда девается её хвост? Ему очень хотелось осмотреть её, но у него сейчас не было сил выдерживать её шутки, да и откажется она. Еще и, с её слов, вонь… Он попытался себя обнюхать, но уже так привык к своему запаху, что не учуял ничего. В мыслях он пожалел Нерону с её обострённым чутьём это и вовсе должно быть невыносимо.
Алхимик услышал сзади лёгкие шаги, но в этот раз не было причины для беспокойства, он прекрасно знал кто это. Перед ним показался волк, непонятно каким чудом выживший после сегодняшних событий. Он шёл с опущенной головой, со стороны даже могло показаться, что он чувствовал вину. Но Солум знал, что его призывает на самом деле. Он подошёл к волку и наклонился.
— Ты на самом деле очень везучее создание, но от тебя не оказалось никакой пользы, ты свободен, между нами нет долгов. — Отпустил его Солум.
Волк поднял голову, казалось, что его взгляд может прожечь дыру, но Солум был спокоен. Он понимал, что на уме у волка, потому как был в его голове. Однако волк не хотел оставлять всё как есть. Он зарычал, его шерсть встала дыбом, но животное смогло сдержаться в последнюю секунду и убежать обратно в лес.
— Зверь, а мало чем от людей отличается. — прокомментировал Солум и принялся ждать.
Через пятнадцать минут к нему вышла Ариэль, теперь уже одетая и с мешком наперевес. Немного пофлиртуя, она указала Солуму путь к своему лагерю. Там они оседлали лошадей и отправились в обратный путь. Правда, Солум с Нероной всё же поехали на отдельной лошади. Кто захочет провонять кишками, потом и кровью проклятых существ? Вот и Ариэль так думала. Их пути разошлись там же, где была и первая встреча, спустя несколько дней в деревне Проппи. На прощание, Ариеэль также показала ему голову знакомого лектора и оплатила одну ночь проживания в местной таверне, поскольку Солум был на мели. Алхимик по достоинству оценил её щедрость.
На следующее утро Солуму стало заметно лучше. Он смог помыться и выменять новую одежду на зелье бодрости. Без лошади конечно было туговато, но идти надо. Ему необходимо выполнять обязательства перед домом Мусс и подготовить новую партию зелий восстановления. Ведь именно благодаря им, Солум стал тем, кто он есть. Хотя у него так же были догадки, что дом Мусс стоит за смертью его отца. Кроме того, алхимик, заказавший Нерону, был частью их дома, пока не умер в Тёмном лесу. В общем, дела с домом Мусс были сильно натянуты и Солум просто грезил выйти из под их опеки, но до этого момента ещё долгие годы.
— Господин, простите, вы не видели моего папу? — внезапно мальчик прервал раздумья Солума.
— Я спешу, прости, но мне некогда. — Солум холодно повернулся и потопал дальше. Ему многое ещё нужно было обдумать и до проблем незнакомго мальчика ему не было никакого дела.
— Господин, он великий мастер по дереву, он создаёт прекрасные изделья из ствола пламенного дерева… Он один такой во всей долине! — Солум внезапно остановился. — Папочка уже как пару дней должен был вернуться из Джизроуса. Мама говорит, что всё хорошо, просто задержался на рынке. Но моя душенька не в порядке. Пожалуйста, если вы его увидите, помогите ему. Возьмите, это всё, что у меня есть. — Протянул мальчик маленький кошелёк с монетами.
— Мальчик, почему ты это спросил именно у меня? — едва сдерживая дрожь, спросил Солум.
— Я видел, как вы обменяли дорогое зелье на одежду, такое могут позволить только алхимики. Я понадеялся, что заключу с вами контракт и тогда с папочкой всё будет хорошо. Ведь алхимики всё сделают ради контракта, верно?
— Да… Ты прав… Ты правда хочешь заключить контракт? — сказал Солум, ещё не особо понимая, что происходит.
— Верно, вы же возьмётесь? Пожалуйста… — с горящей улыбкой и в умоляющей позе спросил мальчонка.
Солум медленно повернулся к Нероне. Его руки задрожали, а глаза просили помощи, впервые ему было так больно и неловко. Но Нерона не могла помочь, хоть она и ощущала туже боль, но никак не могла на неё повлиять, а тем более понять её причину. Хорошо, что она не набросилась на мальчика, как источника мук. Солум же, сглотнул, продолжая дрожать. Ведь тогда он мог спасти отца этого мальчика, а в итоге подвёл к смерти. Та сцена с арбалетным болтом вцепилась в его сознание, опустившись бесконечным бременем. Солум пытался оправдаться перед собой «я думал, что он за наёмников» но истина была очевидна. Солуму было удобно так думать, чтобы не заботится в бою об ещё одном теле.