Ребенок от лучшего друга (СИ)

— О, шуршит. Бабуль! — громогласно орет Кристя, а у меня от ее крика ухо закладывает. — Мы пришли.
Бабушка выбегает навстречу, всплескивает руками.
— Ба, Аленка, как похорошела. Невеста невестой, — суетится вокруг нас, пока мы проходим в кухню. — Падайте.
Втягиваю ароматы кухни и сглатываю слюну. Восторг! Пахнет умопомрачительно. Передо мной возникает тарелка с румяными голубцами. И ведь действительно, таких голубцов я не пробовала ни у кого. Мама пыталась приготовить, даже имея на руках коронный рецепт, — получается не так.
Весь вечер с Кристей смотрим какой-то сериал, и стоит мне упасть на кровать, тут же вылетает стон облегчения. Вообще стала замечать, что устаю намного быстрее, чем раньше.
И тут же морщусь при мысли о том, как сообщить Максу, что он станет отцом. Да и нужно ли, в свете того, что через месяц он станет уже надежно занят другой женщиной? И моя новость может изменить его план, а мне потом совесть успокаивать, что разрушила личное счастье друга.
Не замечаю, как уплываю в сон, и кажется, что вот только глаза закрыла, а меня уже трясут и требуют, чтобы я просыпалась.
— Да ты, изверг, дай в выходной отоспаться, блин, — бурчу я, глубже закапываясь под одеяло.
— На пенсии выспишься, а сейчас размеры мои разберут, а кусать я тебя буду потом.
Из меня снова вырывается нечленораздельное бурчание, и я с неохотой отрываю себя от кровати. Быстро завтракаем и мчимся на маршрутку.
Ну и что говорить? Что меня протаскивают по всем кругам ада, пока перемеряют все, на что падает глаз? А у меня глаз падает только на детские отделы, игрушки, миленькие платьица.
Интересно, а кто родится? Мне вот хочется девочку, но и мальчику буду рада до слез. Ведь главное, чтобы все с малышом было хорошо. А это только предстоит узнать через несколько недель. Сейчас там совсем ничего не видно. Так, горошинка, я даже не понимаю, когда смотрю на первое УЗИ. Фасолинка какая-то, но уже больше семи недель.
— Эй, ты меня слушаешь?
Перед носом мелькает ладонь сестры, и я стряхиваю мысли.
— Ты где летаешь, сестренка?
— Да что-то задумалась про Макса, — увиливаю от правдивого ответа.
Хотя, с другой стороны, меня очень мучает то, что я никому не говорю о своем положении. Это сложно переживать в одиночку, и хочется спросить совета.
Родителей я не готова еще огорошивать такими новостями, а вот Кристя…
— Я всё, вообще-то, и хочу жрать, — Кристя стоит передо мной, довольная до невозможности, с кучей пакетов, и это не считая тех, которые уже у меня в обеих руках. — Может, пиццу — и к тебе?
— Можно, — даже не сопротивляюсь, потому что не хочу оставаться одна.
Быстро затариваемся и приезжаем ко мне. Кристя довольно закидывает длиннющие ноги на стул и откидывается на стену, прикрывая глаза.
— Это что-то. Давно я столько не шаталась по магазинам.
— Я так вообще никогда.
— Ой, — Кристя отмахивается и распахивает глазища. — А что ты такая отрешенная-то была? Случилось чего?
Она становится очень серьезной, и я прекрасно знаю, что я могу доверять этому человечку. Она никогда без моего ведома никому ничего нескажет, и она может стать хорошим таким, надежным плечом. Как бы странно это сейчас ни звучало на фоне ее поведения.
Делаю глубокий вдох.
— Ты меня пугаешь, Лель, — хмурится сестра, опираясь на стол и включая всю свою серьезность. — Что случилось? Без шуток.
— Я беременна.
Бамс!
Лицо Кристины застывает, только глаза становятся еще больше.
— От кого? — осторожно интересуется, хотя по ней видно, что она в шоке. — У тебя же даже отношений не было из-за этого говнюка Макса.
Молчу. Красноречиво так. Чтобы до самой дошло, к чему мое молчание.
— Ты беременна от Макса?! — сестра с ужасом в глазах закусывает губу.
А мне хочется спрятаться подальше от подозрительного взгляда.
— Ага…
— А он знает? — спрашивает она почти шепотом.
— Нет, и не должен узнать! — я уже жалею, что вообще ляпнула про это.
— В смысле?! Почему? — лицо сеструли еще больше вытягивается.
Я ставлю перед ней стакан с водой и отхожу подальше, во избежание, так сказать, нежелательных последствий. Добивать — так до конца.
 
— Макс женится через месяц! На кой черт ему беременная я? — вскидываю руки вверх и кривлюсь.
— Когда вы, блин, успели? — беспомощно пищит сестра.
— Да было один раз. Не хочу об этом.
— Вот скотина, блин. И к другой убежал, — негодует сеструля, сжимая в руке стакан.
И я прям начинаю переживать, что он сейчас треснет. Аккуратно отбираю посудину, чтобы она не поранилась, если все же силы хватит. И сама уже стискиваю многострадальное стекло в руках.
Опускаю глаза, с интересом изучая рисунок на плитке.
— Не знаю, что делать, — почти шепотом говорю, смаргивая слезу.
Макс
Очередной день на стройке, и меня уже заметно потряхивает от этих работяг. Ну нихрена не хотят делать! Отец прям герой, что так долго всех этих бездельников терпит.
Лифт, еще, падла, добить решил. Поцеловал двери, и приходится теперь пешком тащиться на свой этаж.
Взгляд цепляется за дверь мелкой, и вижу, что она приоткрыта. Сердце тут же ухает куда-то в пятки. Это что за фокусы еще?
Дергаю за ручку и беспрепятственно попадаю внутрь. Слышу голос девчонок на кухне: о чем-то спорят.
Доберусь до Лели, жопу надеру за такую безответственность! Это ж надо — зайти домой и не закрыться.
— Обалдеть! Ты беременна! — врастаю в пол, когда эти слова врезаются в слух.
Алена стоит, прислонившись к кухонному гарнитуру, а Кристя за столом — задумчиво изучает поверхность того стола.
Мелкая вздергивает голову и спотыкается о мой взгляд. Бледнеет, а у меня в этот момент мозг перестает функционировать.
— Это мой ребенок?
Зеленые глаза вспыхивают яростью. А мне хочется башкой удариться о стену. Вот куда делся мозг? Кто за язык-то тянул?
— Вот же дебилушка, — Кристя хлопает себя по лбу.
— Блин, Лель…
Она приближается ко мне, а я выставляю руки вперед.
— Я не то хотел сказать. Блин, я знаю, что…
В лицо мне летит вода, и я затыкаюсь.
Заслуженно!
Отфыркиваюсь, пытаясь что-то объяснить. Но если Алена злится, то надо искать пятый угол, а сейчас мелкая в бешенстве.
Они, не сговариваясь, с Кристиной выпихивают меня — МЕНЯ! — за дверь и закрываются на все замки.
Долблю в дверь.
— Лель, да я не то имел ввиду, блин, — ударяю снова по двери. — Открой чертову дверь и давай поговорим.
— Отвали, Орлов! — орет в ответ Леля. — Это только мой ребенок, ты к нему никак не относишься, идиот!
Слышу слезы в голосе и проклинаю себя.
— Ален, — успокаиваюсь и пытаюсь воззвать к ее разуму, хотя самого колотит от этой новости, — давай поговорим.
— Пошел ты нахрен, Макс! Хватит. С невестой разговаривай.
А это еще что за хрень?
Меня снова выкашивает, и я замолкаю. Прокручиваю в голове, откуда Алена могла взять такую фигню.
Какая еще невеста?
— С какой, нахрен, невестой? — не выдерживаю и снова начинаю орать. — Да открой ты дверь! Хочешь всех соседей посвятить в наши дела?
— Да мне плевать, Макс. Свали! — визжит Леля.
А у меня сердце застывает оттого, что понимаю: довел. До срыва и до слез.
— Макс, уйди, а? — а это уже Кристина вступается за сестру.
— Я не уйду, пока мы не поговорим, — настаиваю я, хотя и понимаю, что уже успел наломать дров одной своей фразой.
Но это, бляха, шок! Я никак не ожидал такие слова услышать.
Беременна! Лелька, от меня!
Губы растягиваются в улыбку, и я прислоняюсь лбом к двери.
— Ален, — зову в надежде, что она услышит.
Слышу, как щелкает замок, и на пороге материализуется Кристина. Хмурая и напряженная.
— Давай только без глупостей, а то она меня покалечит, если узнает о моем предательстве.
Я уже делаю шаг к квартире, но меня задерживают. Кристя упирается ладонью в мою грудь.