Чикатило. Зверь в клетке
Витвицкий внезапно остановился перед Овсянниковой:
– Ты же понимаешь, что должна была первым делом доложить об этом начальству?
– А рассказала тебе, – легко пожала плечами Ирина.
Виталий опустился перед ней на корточки, ласково взял за руки. Эта удивительная женщина легко пошла ради него на нарушение устава.
– Ира, у тебя будут неприятности. Я не хочу этого.
– Не будет никаких неприятностей, – легко отмахнулась она. – Сейчас ночь, начальство все равно спит. Главное, что ты был прав!
– Не знаю, – пробормотал Виталий с сомнением. – Меня, скорее всего, теперь вообще отстранят от работы. И кому нужна моя правота?
Он опустил голову ей на колени. По-детски нелепый и удивительно трогательный. Она нежно провела рукой по его волосам.
– Ты чего это расклеился?
– Не знаю… – проговорил он. – Да и вообще, может, я не прав? Мог же убийца за столько лет накопить денег и купить себе машину. И стать меркантильнее.
Витвицкий поднял голову и посмотрел на нее, ища поддержки.
– Ты правда в это веришь? – спросила она вместо ответа.
– Нет. – В Витвицком снова поднял голову тот непокорный бунтарь, которого она когда-то полюбила. – Я верю, что батайский убийца использует почерк нашего потрошителя для прикрытия. Больше того – я это точно знаю.
– Тогда давай просто хорошо сделаем свою работу.
– Как рекомендует Михаил Сергеевич, – мрачно усмехнулся Витвицкий.
Ирина посмотрела на него непонимающе, он отмахнулся:
– Не бери в голову. У меня что-то стало плохо с чувством юмора.
Виталий поднялся и сел рядом с Ирой на край кровати. Она ласково поцеловала его в губы, он ответил. Продолжая целоваться, они легли.
– А завтра утром мы с тобой сработаем вместе. Дуэтом, – чуть отстранилась от него Овсянникова. – Я на них новое убийство вывалю, а ты следом через новые улики свою версию со всей доказательной базой.
– Они не станут слушать, – мрачно предсказал Виталий.
Впрочем, сейчас это было совершенно неважно. Он притянул к себе Иру и вернулся к поцелуям.
* * *
Наутро было совещание. В кабинете собрались все участники двух следственных групп. Овсянникова докладывала, стоя перед ними едва ли не по стойке смирно. Брагин на сей раз слушал доклад тихо, с мрачным выражением на лице.
– …В Батайске подготовят копии заключений по новому убийству, – закончила свой доклад старший лейтенант. – Как только будут готовы все документы, сразу вышлют. С поиском снятых с убитых женщин драгоценностей обещали посильную помощь, но не обнадеживают.
– А что думают батайские товарищи по поводу нового убийства? – мрачно поинтересовался Брагин.
– Батайские товарищи будут рады, если мы заберем все их убийства себе, – пожала плечами Ирина. – Зачем им раскрываемость понижать?
– У вас всё?
– У меня – да, – кивнула Овсянникова и села.
Витвицкий принял это как призыв к действию, собрался с силами, чтобы начать неприятный разговор. Но застыл под мрачным взглядом полковника.
– А у вас? – хмуро поинтересовался Брагин.
Вопрос окончательно выбил Виталия из колеи. Он озадаченно поглядел на Брагина, от которого никак не ожидал интереса к своей персоне.
– У меня?
– У вас, товарищ капитан. Вы же хотели что-то сказать? Мы все внимательно вас слушаем.
Теперь уже озадаченным выглядел не только Витвицкий. Ковалев приподнял брови. Липягин ошалело посмотрел на Брагина.
– У меня… – Витвицкий поднялся из-за стола, волнуясь, открыл блокнот. – У меня вот… Я сопоставил новое убийство мальчика и три последних убийства в Батайске. Убийство мальчика по всем параметрам соотносится с почерком потрошителя. Убийство совершено в лесополосе, убийца привел туда ребенка: мальчик пошел с ним, видимо, по доброй воле. Многочисленные ножевые ранения, интерес убийцы к половым органам, характер ранений – все созвучно предыдущим случаям.
Виталий замолк, на Брагина смотрел, будто ожидал подвоха. Но полковник лишь кивнул, поощряя к продолжению.
– Теперь обратим внимание на убийства в Батайске, – заговорил Виталий Иннокентьевич увереннее. – Первое, что бросается в глаза, – во всех трех случаях убиты женщины.
– Само по себе это ничего не доказывает, – встрял Ковалев. – Потрошитель никем не брезговал.
– Да, безусловно, Александр Семенович, – повернулся к нему капитан. – Но почему череда убийств в Батайске началась сейчас? И почему именно в Батайске он насилует и убивает исключительно женщин?
– Ну в Батайск он мог просто переехать, – предположил сделавшийся серьезным Липягин. – Или ездит туда в командировки. А почему женщины… Совпало так?
– Я не исключаю совпадения, Эдуард Константинович. Если оно одно. Но здесь… Смотрите… Во всех трех случаях в Батайске убийца забирал у жертв украшения, ценности. В случае с мальчиком убийца ничего не взял.
– Да чего взять у пацана?
– Наш убийца вообще никогда ничего не брал у своих жертв, – все больше и больше заводясь, говорил Витвицкий. – Ему не нужны были их драгоценности. Почему он изменил своему правилу сейчас и именно в Батайске? Наш убийца заводил своих жертв в парки и лесополосы, там насиловал и убивал. Батайский убийца со своими жертвами расправляется где придется. Астафьева и Брунько расстались с жизнью в промзоне и лесу, а новую жертву привезли в лесополосу, убита она была в другом месте. Для чего потрошитель стал бы перевозить тело? Я вам отвечу: потому что это не он.
Капитан снова замолк, обвел коллег взглядом. В кабинете повисла тишина, отчего Витвицкий стушевался и заговорил тише, себе под нос.
– Наш убийца никогда не ездил на машине. Он уводил своих жертв. Все три случая в Батайске завязаны на автомобиле. У нашего убийцы очень характерная манера нанесения ножевых ранений. Я сравнивал… – Он нервно сглотнул, вспомнив картинки с истерзанными телами жертв. – Сравнивал фотоснимки. В двух батайских делах характер ранений и порезов совершенно иной. Батайский убийца знал, что наш потрошитель вырезает жертвам глаза и отрезает половые органы и молочные железы. – Витвицкий снова заволновался. – Об этом вся область судачит. Но подробностей он не знал. Это как в школе, если сочинение зададут на тему, тема будет одна, а сочинения у всех разные. Так и здесь. В обоих случаях, и с Астафьевой, и с Брунько, характер порезов совсем иной, чем у других жертв. И я уверен, что когда придет экспертиза по новому убийству, характер ранений совпадет с батайскими случаями и не совпадет с остальными.
Капитан резко замолчал, будто выдохся, и сел, уперев взгляд в столешницу. Отчего-то не рискуя глядеть в глаза начальству, повернулся к Липягину.
– Совпадения бывают, Эдуард Константинович, – сказал он тихо. – Я их не исключаю. Но здесь слишком много совпало, чтобы это было случайностью.