Мадин

— Что? — Я тут же осела. Злость, ярость, негодование, все ушло. Резко, быстро. Я выдохнула и все эти эмоции испарились, потому что им на смену буквально за секунду пришла надежда.
Господи, кто бы только знал, сколько лет я ждала этих слов! Так слабо, мелко и жалко ждала!
— Благодаря Самире я знакома со многими важными и богатыми людьми, вхожа в благотворительные организации. Я могу помочь тебе, я вполне серьезно. Найти спонсора, мецената, который оплатит ребенку и лечение, и даже реабилитацию. Все то, что ты нашкребла, а я видела выписку с твоего счета, лучше отправь на то, чтобы взять нормальное жилье в ипотеку, чтобы мальчику не пришлось растить по съемным халупам в постоянных переездах и разочаровании. Поверь, я знаю, что это такое.
— Вы… вы… вы такое можете? — охрипшим от волнения голосом, поинтересовалась я. Сердце забилось пуще прежнего, руки вспотели. Надежда начала распускаться, расцветать в сердце красивым, долгожданным цветком.
Боже, я ведь годами обманывала себя, утешая и внушая мысли о том, что справлюсь, что насобираю нужную сумму, хотя глубоко в душе понимала, что этому не бывать, не сбыться этой мечте, потому что деньги были слишком большими. Таких за пару лет на заработать. По крайней мере, не мне. Не прислугой. А подарить Игорю второй шанс… увидеть, как мой мальчик растет, взрослеет, учится, добивается своих целей, заводит первые отношения… Мне так сильно этого хотелось, словами не описать! Видеть сына живым, здоровым и счастливым… дать ему шанс на будущее.
— Да. Нужно будет конечно время, месяц, может быть, чуть больше, но я обещаю, что найду тебе спонсора и мы вылечим твоего мальчика. Более того, я предлагаю тебе еще кое-что. Несмотря на то, что ты только что пришла, в новогоднюю премию я тебя включу, и премия эта будет солидной, сможешь побаловать и себя, и ребенка. А со следующего года, если будешь умницей, я поратую за повышение тебе заработной платы. Если я скажу, что ты лучшая прислуга, которую я когда-либо видела и похвалю тебя перед Самирой, прибавке точно быть. Разве деньги будут лишними? У тебя ни квартиры, ни машины, ни шмоток нормальных, а выглядишь… когда ты вообще в последний раз была в салоне? В общем, деньги тебе точно нужны. А там… думай сама.
— А если… я откажусь? — робко протянула я. Самира ухмыльнулась.
— А как ты думаешь, куда делась твоя предшественница?
— Вон оно как…
— Разумеется, — жестко выдохнула начальница. — Со мной лучше дружить. Поверь на слово.
— А что будет, если я попадусь? Если Самира или Мадин меня поймают? — Эта мысль резко пришла в голову и едва не скосила меня. Черт… что же будет тогда?
— Что ж, я не буду отрицать, я первая, кто скажет, что ты воровка или извращенка. Покрывать тебя не буду, ибо это будет слишком подозрительным. Ставки высоки. Но и оплата, которую я тебе предлагаю, весьма достойна. Тебе так не кажется?
— Если я попадусь, меня вышвырнут с треском. И больше никуда не возьмут. Среди богачей есть ряд жестких и негласных правил. Попалась на воровстве, попытках увести мужа или какой-нибудь гадости вроде примерки одежды, то все, дорога в остальные богатые дома будет раз и навсегда закрыта. Это действительно большой риск.
— Я уже назвала тебе свои условия. Честно говоря, выбор у тебя невелик. Если Самира тебя уволит, где ты найдешь работу под Новый Год? Тем более, без рекомендаций, а она их, поверь мне, не даст. Придется проматывать то немного, что ты скопила и бегать искать новое теплое место. И это в то время, как ты можешь получить все и сразу.
Я промолчала.
— Я не знаю. То есть…
— У тебя два дня на размышления. Я считаю, что этого вполне достаточно. А дальше… решай сама, что тебе дороже, честь и гордость или жизнь, здоровье и благополучие твоего сына. На этом пока все. Можешь идти.
Я помедлила, помялась, но, затем, тяжело вздохнув, встала и направилась к двери. У самого выхода я остановилась и, нахмурившись, обернулась к начальнице.
— Почему Вы так легко мне все взяли и выложили? Разве не боитесь, что я могу рассказать обо всем Самире?
— Ты-то? — Камила тихо рассмеялась, обнажая ряд идеальных зубов. — Кишка тонка, серая мышь. Более того, я уже сейчас знаю, какой ответ ты мне дашь.
— Вы самоуверенны.
— Это залог успеха. Запомни на будущее.
    
16
Всю жизнь Самира считала, что она лучше меня. Всю жизнь, кузина думала, что дает мне фору, и я даже в подметки не гожусь такой королеве, как она. Всю жизнь мне приходилось с этим молча мириться, потому что мне нечем было крыть. Я вынуждена была проживать свою жизнь в ее тени и довольствоваться барскими объедками во всех смыслах этого слова.
Наверное, вы скажите мне, не стоит так относиться к родне, ведь кровь у вас одна, родню не выбирают и все такое. А я отвечу вам, что с такой родней и врагов не надо. И тут мне следует начать с самого начала.
Мы с Самирой являлись погодками, родились в один и тот же день с разницей ровно в год. Она была старшей, я младшей представительницей рода. Наши матери были родными сестрами, и вышли замуж за совершенно разных мужчин. Мать Самиры вышла по расчету, моя — по любви. Несмотря на кровную связь, жизни у нас оказались очень и очень разными. Самира родилась в золотых пеленках и росла, как типичный представитель золотой молодежи. С самого детства у нее было все, о чем только мог мечтать ребенок. Стоило ей указать пальчиком на понравившуюся вещь, как та мгновенно становилась ее. А я… ну что ж, мне досталась иная участь.
Моя семья всегда жила скромно и нас с братьями мало, чем баловали. И если они могли донашивать одежду и вещи друг за другом, то я носила обноски с барского плеча уже на тот момент зазнавшейся сестрицы.
И, кто бы только знал, что это было лишь началом. Да, в детстве было обидно, что Самира могла получить все, что хотела, а я получала лишь то, что надоело или сломалось у Самиры, а так же то немногое, что могли позволить себе родители, но со временем все стало еще хуже. Перед ней открылись все дороги — кружки, секции, частные тренеры, учителя, репетиторы, передо мной — максимум, дверь нашей обшарпанной школьной библиотеки. И, тем не менее, я была ничуть не хуже нее, а где-то даже и лучше. На удивление и зависть кузине. Однако, это не помешало ей украсть мою мечту. И этим самым навсегда вбить между нами кол. Я с четырнадцати лет мечтала о столице и собиралась поступать на психолога. Это было самым заветным желанием, я даже выбрала себе ВУЗ, факультет, но… увы и ах, на вступительных экзаменах провалилась, не добрав два балла. Зато туда поступила Самира, которой всегда было глубоко плевать на психологию и человеческие проблемы. До самого окончания школы она сомневалась, куда поступать, поэтому даже взяла год отдыха, наподобие той ерунды, что бывает в американских фильмах и посвятила его путешествиям по загранице, а также пресловутому поиску себя. А после она наглым образом украла мою мечту. Разумеется, ее отец смог оплатить и курсы при университете, и коммерцию. В общем, с тех пор я уже не могла смотреть на Самиру, как на родственницу. Она стала врагом. Но и тогда худшее еще оставалось впереди.