Динозавры России. Прошлое, настоящее, будущее

К сожалению, челюсти гадрозавров не дают подсказки, чем питались эти динозавры. Они – сложная дробилка, которая годилась и для тины, и для коры, и для рачков. Эти челюсти сложно описать словами. Надо крутить их в руках и внимательно разглядывать. Каждый отдельный зуб напоминает острие пики, а на одной ветке челюсти размещалось более двухсот таких постоянно растущих и сменяющихся зубов. Все они скреплялись в так называемые зубные батареи. Отдельные зубы плотно, в три-четыре ряда прилегали друг к другу, а сама зубная батарея внешне напоминала кирпич.
Механизм движения челюстей был замысловат. Кажется, челюсти гадрозавров двигались взад-вперед и, возможно, разъезжались в стороны при нажатии. Представить такое нелегко…
Пасторальная долина с идиллическим пейзажем была ловушкой. Точнее, превращалась в ловушку при неудачном стечении обстоятельств.
Динозавры обитали на обширной Зейско-Буреинской равнине. Котловину окружало кольцо действующих вулканов. После извержений горные склоны покрывались пеплом. Если совпадали неблагополучные условия – сильные дожди и землетрясения – с бортов долины вниз сходили грязевые оползни и сели, которые сметали стада гадрозавров.
 
  
В местонахождениях Приамурья на территории РФ и Китая преобладают гадрозавры. В каждом из четырех крупных местонахождений представлено по одному шлемоголовому и одному плоскоголовому. На реконструкции показаны все описанные из этих мест гадрозавры, которые составляют пару «шлемоголовый-плоскоголовый». Слева показаны гадрозавры из китайских местонахождений Белые Кручи (манчжурозавр изображен силуэтом как не вполне валидный таксон) и Улага. Справа сверху вниз – пары из Кундура и Благовещенска
 
  
«Я, конечно, геолог очень средней руки, но других объяснений нет», – улыбается Болотский.
На катастрофы красноречиво указывают два обстоятельства.
Первое обстоятельство – это окатыши, которыми переполнены костеносные отложения. В Благовещенске в глине попадаются валуны размером с арбуз, самый крупный – 70 сантиметров в диаметре. Размеры и расположение этих валунов Болотский специально занес на график, он получился такой же, как график для грязекаменных потоков.
В Кундуре валуны помельче, здесь поток был слабее, зато оказалось немало листьев платанов, захороненных не в горизонтальной плоскости, а свернутых в трубочки, словно их несло вязким потоком, который в конце концов остановился и затвердел.
Второе странное обстоятельство – почти полное отсутствие в местонахождениях водных животных. От крокодилиформ сохранились пара зубов и несколько костяных бляшек. Рыб с черепахами почти нет. Нет моллюсков. И еще птерозавров с птицами, которые могли избежать гибели в селевом потоке.
 
  
Любопытно, что катастрофа уничтожала только гадрозавров, причем преимущественно шлемоголовых. Другие животные спасались, их единичные фрагментарные остатки, скорее, принадлежат не жертвам селей, а животным, погибшим задолго до катастрофы. И только от шлемоголовых гадрозавров добыты сравнительно полные скелетные остатки. От других животных остались мелочи: то зуб, то кусок бедра.
Отдельная загадка – хищные динозавры. От них найдены только зубы, которые по своему числу (впрочем, небольшому) стоят на втором месте после остатков гадрозавров. Большая их часть принадлежит тираннозавридам.
Зубов добыто около двухсот.
У большинства своеобразная сохранность: они без корневой части, то есть зубы выпадали у живых хищников, освобождая место следующим. На многих хорошо заметны сильные сколы. Болотский видел такие же на зубах медведя, который пытался выбраться из стальной клетки-ловушки.
Хищные динозавры, вероятно, обламывали зубы, когда грызли твердые кости. Кажется, они приходили на место массовой гибели гадрозавров и питались тушами погибших. Один из этих зубов даже без корня достигает 13 сантиметров в длину. Его обладатель был крупнейшим хищником Азии. По размерам он не уступал самым большим тираннозаврам США. Найти скелет такого монстра – задача для будущих раскопок.
    
Сумерки динозавров
 
Академик Юрий Александрович Орлов шутил, что ископаемых позвоночных изучают люди с травмой головы: «Меня нянька в детстве уронила, Ефремова контузило английским снарядом, у Сушкина была дырка в голове» [91].
Лев Александрович Несов прекрасно подходил на роль палеонтолога даже по такому курьезному принципу. После школы он поступил на геологический факультет Ленинградского университета и вскоре после этого, в девятнадцать лет, сильно упал с велосипеда, повредив основание мозга. Мать-медик фактически вытащила его с того света.
Справившись с сотрясением мозга, он продолжил учебу, а все его интересы постепенно свелись к вымершим позвоночным.
Несов быстро понял, что для их изучения нужна не только геология, но и биология. Он прослушал основные курсы на биологическом факультете, проштудировал горы книг по зоологии и так серьезно освоил предмет, что впоследствии легко проводил для студентов и геологическую, и биологическую практику. «Он знал всех птиц Европейской России, различал их по голосам, да и вообще был не только геологом, но и нормальным полевым биологом», – говорит его ученик Александр Аверьянов.
По сути, Несов получил в университете два образования: геологическое и биологическое, его мышление получилось двусторонним – геолого-биологическим. «Просто идеальное сочетание для палеонтолога», – считает Данилов.
Для сбора материалов к курсовой Несов отправился на берег реки Оредеж, за семьдесят километров от Ленинграда, за девонскими рыбами. Поездка выявила один из его больших талантов – фантастическое везение.
Несов никогда прежде не бывал на Оредеже, однако с ходу нашел не только местонахождение, но и два уникальных образца: мозговую коробку кистеперой рыбы и цельный панцирь громадной рыбы гетеростеуса – панцирь был размером с человека.
Несов не рассчитывал на такую удачу, упаковочного материала захватил мало. Пришлось идти за газетами в ближайшую деревню. Возле домов он заметил мальчика, спросил у него бумагу. Ребенок притащил кипу журналов «Огонек» и за компанию с Несовым отправился заворачивать в листы куски древней рыбы. Спустя годы выросший мальчик с таким восторгом рассказывал о приключении своему сыну и тот настолько пленился очарованием прошлых времен, что выучился на палеонтолога. Это Павел Петрович Скучас – один из героев этой книги.