Прометей. Возвращение

– Слава богу, что на сегодняшний день не слышно о столкновениях на национальной почве. Но, опасаюсь, что и до этого скоро дойдёт.
– Не надо нас грузить этими ужасами, – выставила вперёд ладонь Алиса, – Мы и без тебя в курсе. Что ты предлагаешь?
Кацэ промолчал, демонстративно давая ей высказаться. Алиса поняла это по-своему:
– А, так тебе просто потрепаться захотелось? Нашёл красивые, не засыпанные лапшой уши?
– Твои «ушки» меня всегда вдохновляли, – цинично пошутил Кацэ, стреляя глазками в сторону высокой груди Алисы.
За что тут же получил звонкую пощёчину. Юшкевич пришлось вмешаться. Она встала между двух огней и потушила пожар:
– Тихо! – Лиза прижала пальцы к губам враждующих сторон. – Вы и двух дней высидеть не смогли. А что будет через неделю? Ты иди к дверям, – указала она пальцем на Целовальникова. – А ты, Алиса, сядь в кресло.
Когда тлеющие головёшки были раскиданы по сторонам, и опасность воспламенения исчезла, полковник предложила:
– Говори, Кирилл. Только строго по делу.
– Я и говорю «по делу». Просто некоторые считают, что они…
– Молчать! – негромко, но внятно скомандовала Лиза. – По делу, я сказала.
Кацэ сразу успокоился и предложил:
– У нас есть компромат на всю компашку Соболевского, – он перевёл взгляд на Андрееву и добавил: – Добытый стараниями Алисы Константиновны. На компе Фрэнки оказалось много убийственной информации. К тому же, у нас есть факт откровенного вранья. Новый президент присвоил себе право называться изобретателем «Прометея». Но настоящий изобретатель вот он! – Кэцэ указал рукой на Яра. – Скромно сидит за нашим столом. И этот факт убийственен для академика и президента в одном флаконе. Так чего мы сидим? Стоп! Не перебивайте! Я ещё не всё сказал. Не буду долго болтать попусту. Здесь все знают ровно столько же, что и я. Предлагаю! Во-первых: сбить доходчивый, логичный и убийственный компромат на Соболевского. Этим буду заниматься я с Алиской. Во-вторых: записать на камеру Ярослава. Пусть он доходчиво, но кратко расскажет о сути своего изобретения. Население толком не врубается, что это такое. Надо ему объяснить наглядно. Я могу даже графику состряпать. Пусть простенькую, но дающую истинную картину эффективности «Прометея». Этим будем заниматься я и Ярослав. Как только эти два блока будут готовы, я вырублю электричество во всём городе. Можете не спрашивать – в масштабах страны я пока такое сделать не способен. Да и опасно это. У нас теперь на 99 % атомная энергетика. Ей такие масштабные блэкауты не пережить. После того, как подача электричества будет восстановлена, на всех компьютерах и на всех экранах, и даже на утюгах и чайниках, если хотите, появится наш компромат и ролик «Прометея».
Алиса всё же не выдержала:
– Ага, после твоего выхода в эфир нас тут же накроют.
– Конечно, накроют. Но мы уже покинем это бомбоубежище. Для воспроизведения я пожертвую своим планшетом. Заложу в нём алгоритм рассылки и оставлю на столе. Он будет выдавать наш компромат до тех пор, пока спецназ не взломает дверь.
– Понятно, – кивнула Лиза. – Я поддерживаю твой план. Мало того, я внесу свою лепту.
Она подошла к Кацэ и вложила в его руку гаджет. Тот с интересом повертел его в руках и поднял взгляд на Юшкевич:
– Ты меня заинтриговала. Даже с пятидесяти попыток не догадаюсь, что здесь.
– Это компромат, собранный Джужомой на верхушку власти. Власть наша в основном старая. Она просто переобулась в воздухе и осталась у руля. Возможно, ты накопаешь что-нибудь интересное.
– Ого! С такими командирами, как ты, я горы сверну.
Кацэ сразу отвлёкся и стал вставлять микрофлешку в свой чудо-планшет. Юшкевич укоризненно качнула головой и развела руками:
– Не поняла? Всех распланировал, все при делах. А что по твоему плану должна делать я?
Кацэ, не отрывая взгляда от планшета, пробурчал на одной ноте:
– Ты будешь руководить, координировать и строить планы на будущее.
– Какие планы? Что ты имеешь в виду?
– Обширные планы. Первый план – как нам вызволить командора. Второй план – план восстания. Не хотелось бы повторения того стихийного ужаса, который предшествовал водворению этого уродца на президентское кресло. Думай о главном. Всё должно быть чётко и ясно: организация партии или, по крайней мере, активного костяка; средства пропаганды и агитации; движущая сила революции; момент для восстания… Что там дальше?
Алиса подсказала:
– Мосты, вокзалы, телеграф, телефон.
– Во-во! Короче, работы у вас Елизавета Егоровна, лопатить не перелопатить. Если что-то непонятно, спрашивайте.
И он углубился в мир человеческих страстей и чёрного пиара.
 
Глава семьдесят четвёртая
 
24 апреля 
 Сочи. Кабинет начальника ФСБ 
 Она хочет его убить
Новый начальник российской спецслужбы проводил совещание с активом. Взбучку получили все, за исключением Нутрецова. Полковника шеф ФСБ оставил на сладкое.
Уединившись с подчинённым, Гаков буквально побагровел:
– Я тебе давал неделю на то, чтобы ты нашёл Шелихова. Где результат?
– Глеб Олегович, всего три дня прошло. Результат будет.
– Во-первых, не три, а четыре. Плохо считаешь. Во-вторых, расскажи мне подробно, где ты ищешь и как ищешь? И есть ли у тебя вообще хоть какой-то план оперативно-розыскных мероприятий?
Нутрецову трудно было сказать хоть что-то. Потому что даже «хоть что-то» у него не было. Так, кот наплакал. И Володя молчал, потупив взгляд, словно нерадивый ученик.
– Чего заткнулся? Давай, выкладывай!
– Э-э-э, я привлёк друга Шелихова. Он побывал у его бабушки и во всех местах, в которых могли появиться Шелихов и Кузнецова.
– Это всё?
– Мы установили наблюдение за этими объектами. Также контролируем все контакты Калачова, Юшкевич, Андреевой и Целовальникова.
– И что?
– Пока результатов в этом направлении нет.
– Ага, нашёл дурачков из глухой деревни. Это опытные оперативники. Естественно, они никогда не будут пользоваться своими гаджетами или звонить друзьям и родственникам. Но им явно нужны средства. Подполье дело затратное. Проверял их счета?
– Естественно. Я не стал их блокировать, чтобы проследить транзакции.
– Правильно. И что?
– Пока, ничего, – Володя даже немного осмелел.
– Плохо! Плохо работаешь! – грозный голос начальника вновь вернул Нутрецову ощущения страха за свою судьбу. Гаков продолжил: – Счета Шустицкого и Ахтарова поставил под контроль?
– Так они же мертвы.
– Конечно, «мертвы». Но зато банковские счета у них живее всех живых. Можешь не отвечать. Это ещё один твой прокол.