Царство призраков
– Потому что мы боги. Чего у нас в избытке, как не вечной скуки?
– На этот раз в твоих словах есть мудрость. – В ночи сверкнула улыбка Велизара. – А теперь ступай, брат. Наточи когти и оскаль зубы. Время сеять страх.
Сендоа скривил губы в усмешке.
– Как пожелаете, мой король.
* * *
Велизар стоял на краю деревенской площади. Расположившись под кривым дубом, он оказался неподалеку от границы тени и света. Весеннее солнце принесло с собой новую жизнь, но смерть по-прежнему витала в воздухе, как последние порывы зимних ветров. В самом центре селения над землей возвышался толстый узловатый ствол дерева. Лишенный ветвей тотем был увешан мехами и подарками: костями, когтями, зубами, наконечниками стрел и необычными украшениями. На его вершине красовался череп медведя, чьи огромные пустые глазницы, казалось, пристально следили за прибывшим гостем.
У подножия нелепого сооружения на коленях стояла девушка с роскошными локонами, темными, как ночь, и беспокойными, как море. Ее плечи дрожали, горестные рыдания наполняли неподвижный воздух. Она скорбела.
Велизар выскользнул из тени. Заслышав шаги, девушка подняла на него заплаканный взгляд.
– Ты в порядке? – спросил он, опускаясь на одно колено.
– Откуда ты взялся? – ответила она вопросом на вопрос, а затем посмотрела на лес за его спиной. – Ты не из наших.
– Я гость, – ответил он.
Она вытерла глаза мозолистой натруженной рукой.
– Что ты здесь делаешь, незнакомец?
– Я услышал плач, – честно ответил он. – И нашел тебя у этого святилища.
Склонив голову, девушка плотнее запахнула плащ. Велизару показалось, что она слишком робеет, чтобы задать вопрос.
– Я умоляла Вийеста проявить благосклонность к моему мужу в Безмолвном Месте.
– Ты сказала «Вийест»? – Велизар посмотрел на огромный череп медведя.
Девушка кивнула.
– Этой зимой он стал добычей моего мужа Децебала. Плоть животного кормила нас в голодные дни, а его мех согревал долгими холодным ночами. Мы возлагаем череп Вийеста на святилище в благодарность за его жертву и за то, что он оберегал нас весь год, пока не будет добыт новый Вийест.
– Наверное, это непросто, – сказал Велизар, – вверить свою судьбу в лапы мертвого животного.
Она улыбнулась мягко и сдержанно.
– Чужакам не понять. Вийест для нас священен.
– И как же твой народ выбирает следующего Вийеста?
Девушка отвела взгляд.
– Его выбирает Сновидица.
– Сновидица?
– Да, – кивнула девушка. – Она путешествует по миру грез и каждую осень находит нового Вийеста. Но теперь… с тех пор, как Децебал отправился в лес… с той минуты, как черный волк забрал его жизнь… мы обречены.
– Я сожалею о твоей утрате, – посочувствовал Велизар. – Сновидица, конечно же, найдет для вас Вийеста?
Женщина покачала головой.
– Сновидица погибла на охоте вместе с Децебалом. Барта позвал ее помочь выследить черного монстра, рыщущего вокруг деревни и утаскивающего коз и кур. Мы боимся за наших детей и немногочисленный скот, что у нас остался.
Триумф разливался по венам Велизара, как бурный поток, рвущийся на волю. Похоже, Сендоа убил обоих – величайшего охотника Лощины и эту Сновидицу. Несмотря на свою примитивность, люди Лощины оказались на редкость отважными. Не существовало зверя, которого бы они страшились, и их самоуверенность имела под собой почву. Болтающаяся на палке голова Вийеста служила тому доказательством.
Но с каждой пущенной стрелой клыки все ближе подбирались к горлу. Поскольку охотников Лощины не пугали привычные монстры, Велизар назначил им в соперники адское чудище.
Сендоа стал для них предвестником смерти: стигийский волк с глазами цвета крови и острыми, как кинжалы, зубами. Он внушал людям ужас, необходимый Велизару, чтобы подчинить себе даже самых храбрых (и самых глупых).
Нет ничего слаще, чем наблюдать, как мужество превращается в беспомощный страх.
Усмирив ликование, Велизар опустил ладонь на плечо девушки.
– Как тебя зовут, дитя?
– Лана, – ответила она, глядя на него огромными карими глазами.
– Лана, – повторил он. – Спасибо за твое терпение к чужаку. Мне кажется, я знаю, что за создание бродит по округе. Может, я смогу помочь?
Девушка вскочила на ноги, от ее робости не осталось следа.
– Нужно сообщить Барте, что у нас гость. – Ее щеки залились румянцем, а на губах расцвела сладкая, как персик, улыбка. – Ты, наверное, прибыл издалека. Между нами и горизонтом нет ничего, кроме бескрайних лесов, поэтому мне любопытно, как ты здесь оказался.
Велизар усмехнулся, возвышаясь над девушкой.
– Возможно, я явился из-за горизонта.
Она звонко расхохоталась – сладчайшая песнь для его ушей.
– Если бы это было правдой, я бы решила, что ты выходец из иного мира.
Велизар лишь улыбнулся.
– Не буду совать нос не в свое дело, – заверила его Лана и отвернулась от Вийеста. – Пойдем, отведу тебя к Барте.
– Буду крайне благодарен.
Повернувшись к нему спиной, девушка – смертная с повадками олененка – не видела, как сверкают золотом его глаза.
Лана привела брата зверя прямиком в свой дом и пригласила его к очагу.
* * *
Леса вокруг Лощины всегда изобиловали дичью. Охотники без труда добывали пропитание в его изумрудных глубинах, поэтому не спешили идти навстречу чужаку. И все же жестокие нападения Сендоа надломили их непомерную гордость. Одного лета хватило Велизару, чтобы подчинить Лощину – обуздать жеребенка.
– Когда-то ты был для нас чужаком, – сказал Барта, борясь с дрожью в руках.
Преданный забвению череп медведя желтел в центре селения, он утратил свою силу и великолепие. Барта в окружении собравшихся людей, пошатываясь, вышел вперед. Над деревней уже веяло холодом, траву покрывали опавшие листья. Старец смиренно склонил голову.
– Велизар, ты подобен великому королю. Ты доказал, что являешься нашим спасителем.
– Прошу, Барта, я такой же человек, как и любой другой. – Велизар твердо, но бережно положил ладонь на плечо старика.
– Скромность выдает твое положение. – Барта склонил голову еще ниже, сгорбившись, как мятый лист бумаги. – До твоего появления мы боялись за собственные жизни, на нас охотился демон из леса. Благодаря твоим чудесным наставлениям власть этого существа пошатнулась, а его пособники были уничтожены.
Велизар уверенно навел охотников на стаи диких псов, бродивших по краю леса; он убедил людей, что эти падальщики – прихвостни страшного зверя. С каждым убитым животным Велизар понемногу подтачивал броню Барты, пока она не спала и старейшина не остался беззащитным, как и его народ.