Айлин (СИ)
Глаза становятся мокрыми, неконтролируемый поток слез льется по щекам, я никогда не плакала от страха, а сейчас не могу остановится, ведь тут в подземном переходе мне никто не поможет. Мысли хаотично скачут, пытаюсь вспомнить есть ли на улице камеры, кто-то же должен увидеть и спасти меня, параллельно возникают паронаидальные мысли, будто насильник намеренно избегает просматриваемые зоны и прекрасно маневрирует и никто меня не спасет.
Очень кружится голова, к горлу подкатывает едкий комок. Я пытаюсь кричать ему к руку, но вместо крика слышу лишь глухое мычание:
— Замочи, сука! Думала можешь сбежать, — не понимаю про кого этот мужчина говорит, такое ощущение что я нахожусь в кошмарном сне.
Насильник меня куда-то тащит, я же продолжаю отчаянно брыкаться, почти сразу же получаю пощечину.
Удар отрезвляет, я про себя повторяю словно мантру «не может быть, этого просто не может быть»
А потом все резко меняется, мужчина тащит меня из подземного перехода на улицу, я молюсь, чтобы хоть кто-нибудь оказался рядом и помог мне. Только едва мы оказываемся на противоположной стороне улицы, я вижу припаркованую машину, дверь которой моментально открывается и меня забрасываютна пассажирское сиденье автомобиля. Следом хлопок двери и я зажата между двух тел по обе стороны от меня. Водитель трогается с места как только рядом с ним приземляется напавший на меня человек
— Немедленно отпустите меня! — моя нервная система дает сбои, — я буду кричать, слышите!
Страх обволакивает конечности, они становятся свинцовыми, но я продолжаю сопротивление. Водитель иномарки оборачивается, смотрит на меня и с усмешкой произносит:
— Можешь орать сколько влезет, тебя никто не услышит, — потом поворачивает голову в сторону того отморозка что тащил меня, хлопает его по плечу:
— Хорошая работа, приятель, Марат будет доволен, — я не понимаю как, но мне нужно бежать. До двери не добраться, я зажата между телами двух мужчин
— Вы не имеете права! — по тому как все четверо начинают громко ржать я понимаю, что моя истерика их не волнует.
Сглатываю, мысленно стараюсь собраться, повторяю словно мантру, что нечего волноваться я в центре Москвы, они перепутали меня с кем-то, начинаю прояснять ситуацию:
— Вы меня с кем-то перепутали, — в голове только одно: я должна позвонить брату, либо скинуть незаметно месторасположение, да все что угодно. Лихорадочно ищу телефон в сумочке, но один из мужчин резко дергает на себя за ремень сумки, вырывая из рук все ее содержимое
— А это уже лишнее, — паника липкими нитями окутывает мое подсознание, больше я не могу позвонить, ничего не могу.
Это в кино всегда показывают, как людей похищают, но в жизни ведь так не бывает, никто не будет против воли человека заталкивать в машину и увозить в неизвестном направлении!
— Отпустите меня, что вам от меня нужно? — у всех мужчин очень хорошее настроение, они улыбаются включают громкую музыку. Я начинаю задыхаться от предчувствия чего-то не хорошего, по азартному блеску их глаз понимаю, что они наслаждаются своей силой и моей паникой.
— А что нам нужно от красивой молодой девушки? — водитель бросает сальный взгляд в мою сторону, мужчины начинают смеяться, а я впиваюсь руками в ткань сиденья.
Вопрос повисший в воздухе давит.
Это просто дурной сон, все это не по настоящему, потому что такого со мной не может быть, они не смогут ничего сделать!
Под музыкальное сопровождение, смех стихает, я чувствую меня тщательно рассматривают. Закрываю глаза, и не могу понять, как правильно вести себя в таких ситуациях.
Кричать?
Умолять отпустить меня?
Воронка отчаянной паники затягивает все глубже.
Хочется плакать, цепляться за руки сидящих рядом мужчин и умолять отпустить меня. Конечности немеют.
— Вы не можете удерживать человека насильно это уголовно наказуемо! — я хочу чтобы мой голос был более уверенным, но на деле выходит иначе, голос кажется тоненьким, словно писк мыши. Желая получить адекватную реакцию, понимаю, что мои реплики только веселят похитителей.
— Да что ты говоришь! Марату расскажешь как пыталась его обмануть, он такого не прощает! — умом понимаю, что это какая- то ошибка,
— Я не знаю никакого Марата, — но на меня просто не робращают внимание, вижу издевательские фразы, они хотят сломать меня.
В голове паника, но я должна собраться. Мне надо что-то придумать. Куда они меня везут?
— Остановите машину, куда мы едем? — мужчина рядом с водителем оборачивается, мое сердце стучит в два раза быстрее, его злой взгляд говорит красноречивее слов:
— Заткнись, если не хочешь своим ртом начать работать в другом направлении
— Пожалуйста не надо, я не та кто вам нужен я не знаю никакого Марата, вы не можете быть такими бездушными
— Можем! — лениво отзывается водитель, он еще что-то хочет сказать, но его напарник перебивает:
— Костян, а она что только сосать может? Я бы не отказался потрахать ее по — быстрому, — я беспомощно смотрю в одну точку, в мое сознание ядом растекается действительность и это не розыгрыш, меня просто никто не спасет. Эти парни вывезут меня из города и изнасилуют, в худшем случае этот Марат меня убьет. Это открытие бьет по вискам, я отчетливо понимаю, что прямо сейчас рушиться моя судьба.
Не знаю останется ли у меня хоть малейший шанс стать счастливой после того что они со мной сделают? Если они меня изнасилуют, то я не смогу с этим жить, я никому такая надломленная буду не нужна, меня никто не возьмет в жены, я не стану матерью, ничего не будет возможно из того о чем я мечтала. Лучше тогда прямо сейчас умереть, потому что если они это сделают, я сама наложу на себя руки, смерть будет подарком судьбы.
Часто моргаю, сдерживая слезы, которые все равно отдельными каплями текут по щекам. В глубине души я все еще не могу сдаться, я просто обязана попробовать сбежать, даже если ничего не получится.
Резко наваливаюсь на одного из мужчин, дергаю ручку двери авьтомобиля, пользуясь эффектом неожиданности пытаюсь подтянуться, но в это же мгновение огромные мужские руки возвращают меня обратно. Дверь закрывается снова, оставляя в салоне легкий прохладный воздух
Водитель матерится:
— Ты что взбесилась сука!
— Отпустите меня! — слезы начинают литься ручьем
У кого — то из мужчин настойчиво звонит телефон, водитель ищет аппарат в карманах одежды, а я не прекращаю истерику, на подсознательном уровне хочу, чтобы меня услышали, поняли, что я здесь против воли. Не все же такие бесчувственные!
— Вы не имеете права, если мой дядя узнает вас всех убьют! — я не понимаю зачем я это говорю, мои слова растворяются под общий хохот, я захлебываюсь в слезах, не могу успокоиться, — мой дядя Мимирханов Руслан, его все знают, — водитель с кем-то говорит по телефону, потом резко оборачивается, притордаживает, я не сразу сквозь слезы понимаю, что разговор про меня
— Марат, да эта бл@дь просто взбесилась, разреши нам ее успокоить, пустим ее по кругу будет как шелковая, — затем намеренно включает громкую связь, я слышу голос в динамике, мужчина не стесняясь в выражениях дает добро на то, чтобы эти преступники делали что посчитают нужным. Я больше не помню ничего из того что я говорила, неконтролируемая реплики, где я словно молитву произношу фразы «мой дядя вас найдет», и только когда в динамике слышу:
— Кого она там защитником своим называет? — меня трясут за плечо, я в прострации тыльной стороной ладони смахиваю слезы, моргаю
— Говори кто там нас убьет?! — всем очень весело, я понимаю свою обреченность смотрю в лобовое стекло автомобиля, повторяю
— Моя дядя Руслан Мимирханов! Он депутат законодательного собрания Карачаево-Черкессии, его все знают!
— Ага сейчас приедет и спасет блудную родственницу, да кому ты гонишь! — этот Марат почему то орет в динамик:
— Фото этой девки пришлите быстро, — водитель оборачивается, пожимает плечами, двое мужчин держат мои руки и поднимают голову, камера фотоаппарата делает портретную съемку. Отправляя фотографию, один из насильников, усмехается: