На дальних берегах. Том первый (СИ)

— Почему?
— Вах! Как почему!!? — судя по лицу, гордый горец пребывал в некотором шоке от того, что окружающие не знают, насколько они круты, — А уважэниэ!!?
— Длинный хуй тоже, некоторые, уважают. Ты ж его все равно в штаны заправляешь.
— Да, но…
— Если какое «но» — достать и помериться недолго. Тут тот же принцип. Вот, дурачье из «Горла»… Срисовало нас когда мы конвой собирали, сделало неверные выводы и смотри как дивно получилось… И померились… И по лбу постучали… А еще и людям помогли!
— Памаглы?
— Определенно. И еще поможем. Пусть думают, что у нас «обманки». И в портах меньше проблем и хорошие люди меньше боятся. А плохие будут сильно удивлены. Возможно — не готовы. И возможно, кому-то из нас, а то и всем, эта неготовность жизнь спасет. А другие плохие, после этого, уже не будут считать суда с «обманками» однозначно безопасными, так как в «Горле», к примеру, это их коллегам боком вышло. Большинству — насмерть. Понимаешь?
— Панымаю!
Потрясенный такой мудростью, Багир кивнул и, все еще растерянно вращая глазами, отошел. Тем временем Зеев, ознакомившись с ассортиментом, поник. Все было для него очень дорого. Капитан, посмотрев на цены и покивав, неторопливо закурил.
— Ты чего сокрушаешься? Ты ж с самого начала не на новые и не на восстановленные нацеливался, а собирался взять поломанный и починить.
— Так-то да, но поломанных-то не предлагают?
— Просто не там спрашивал. Как не родной, честное слово. Тука-ти! Где тут торговля для своих? Для мастеров?
— Там, масса, пойдемте.
— Да че мне ходить? Вон — орлов моих бери, а я, пока, к снарядам приценюсь.
Снаряды тут продавали оригинально. Про то, как может рвануть большая масса боеприпасов, местные знали не понаслышке и приняли нехарактерные, для пропитанных духом разгильдяйства Островов, меры предосторожности. От лонгской базы остались многочисленные огневые позиции, которые должны были прикрывать её не только от штурма с моря, но и от десантов с тыла. В одной из таких позиций, представлявшей собой частично отлитое из бетона, частично выдолбленное в скале укрепление, и были оборудованы места для торговли опасным товаром. Продавцы выставляли напоказ только образцы, а заинтересованного покупателя уводили в капонир или старый блиндаж, где и складировалась основная часть товара. Выбор был не то чтобы очень богатый — в основном переснаряженные и через это слегка непредсказуемые снаряды для тридцати семи и сорока семи миллиметровых орудий системы Гочкиса и их аналогов, которых после войны осталось как грязи, причем в самых неожиданных местах, ибо вооружали ими всё подряд, начиная от фортов и заканчивая парусными лодками и дирижаблями. Также были представлены снаряды к семидесяти пяти миллиметровым орудиям Канэ и полевым трехдюймовкам. Отсутствие более крупных калибров, с одной стороны, немного радовало — значит, на них нет спроса, что в свою очередь означает, что кораблей, вооруженных чем-то серьезнее трехдюймовки в этих водах почти нет и «Интернационалу» бояться особо нечего. Разница в калибрах всего в дюйм на практике обеспечивала преимущество как в не особо критичной для Островов дальнобойности, так и в более существенных вещах. Например, пятикилограммовый фугас орудия системы Кане доставлял в цель полкило тротила. А «обуховка» в ответ могла послать снаряд в три с половиной раза тяжелее, который нес на борту аж в десять раз больше взрывчатки. Почувствуйте, что называется, разницу. Пять кило тротила тут не всякий форт выдержит, не говоря уж о кораблях.
Капитан мысленно похвалил себя за выбор орудия, которое с ходу, самим фактом своего наличия, обеспечивало «Интернационалу» подавляющее превосходство над большинством местных угроз. Только вот где брать снаряды? Те, что есть, рано или поздно кончатся. Да, Калибр канонир опытный, но и ему нужны регулярные тренировки. И иметь орудие, но не стрелять — тоже неправильно как-то. Снова к Канату на поклон идти? Выбрав местечко подальше от взрывчатых веществ, Капитан сел и задумчиво закурил. Мимо него пробежал чумазый абориген в саронге и длинной, сшитой из разноцветных лоскутов рубахе, потом остановился и сдал назад.
 
— «Jop twou mat»? — произнес он с вопросительной интонацией, вглядываясь в Капитанское лицо.
— Чего? — Капитан поднял голову.
— «Jop twou mat»!!! — Абориген радостно раскинул руки: — Это же я — Сасёк!
— Сашок?
— Ну да! Сасёк! Вы, когда на «Марибэль» сюда заходили, ваши матросы у меня сигареты и алкоголь заказывали, а вы мне постоянно кричали: «Jop twou mat, Сасёк! Еще раз увижу, что ты непотребство всякое тащишь — за борт выкину!» Хотя меня Онек зовут… Но Сасёк мне тоже нравится!
— Помню-помню… Ну что? Как дела?
— Хорошо! Тут теперь торгую!
— Боеприпасами?
— Не — все тем же. Торговцу уходить плохо — покупатель может уйти, так что я заказ собираю, кому что надо, покупаю и приношу. А мне платят…
— Ну как ко мне таскал… Принцип понял.
— А вы тут откуда? «Марибэль» же нет?
— Я уже не на ней.
— Утонула!?
— Уволили.
— То-то я смотрю, вы такой задумчивый сидите.
— Да я не поэтому… Снаряды мне надо.
— Так вы как раз куда надо пришли! — Онек, простодушно улыбнувшись, обвел рукой окрестности, — Их прям тут и продают!
— Заметил уже. Нужных нет.
— Точно! Они же разные бывают… А зачем вам снаряды? У вас пушка есть?
— Есть.
— А как вы её таскаете?
— На корабле.
— Вы же сказали, что вас уволили?
— Так я свой купил.
— О! О-о-о-о…
Онек сперва отшатнулся, потом осторожно вытянул руку, охлопал Капитана и принялся, этой же рукой, натираться. Капитан не возражал. Некоторые островитяне считали, что таким образом, можно получить у везунчика немного его удачи. Натеревшись, Онек воровато оглянулся, зачем-то заглянул за все кусты, после чего шепотом спросил:
— А большой?
— Корабль-то? Поменьше «Марибэль». Шестьдесят метров.
— Это откуда докуда?
— Ну как отсюда и во-он до той лавки. Которая ржавым листом крыта, а не которая с соломенной крышей.
— Ого! Большой корабль!
— Ну да — мне хватает. А че ты шепчешь-то?
— Ну вдруг кто услышит, что вы на большом корабле с пушкой? Сразу начнут предлагать всякое и денег просить за помощь. А я сам хочу.
— Помочь и заработать? — Капитан задумался, — Ну, есть вариант. Если ты тут всех знаешь, найди мне тех, кто продает нормальные, заводские боеприпасы на «обуховку» сто два мм, сорок на триста одиннадцать рантовый… И это — на двух с половиной дюймовую Барановского еще поищи, а то утомился я, что-то, по жаре ходить. Запомнил?
— Конечно! Я неграмотный — все заказы запоминаю. Ни разу не ошибся!
— Ну давай — чеши. Я, если что, вон там, под деревом, на камне ждать буду.
Вернулись механики и остальная компания, таща за собой импровизированные волокуши, набитые разным хламом. Зеев категорически не верил, что из этой кучи ржавого железа может получиться что-то стреляющее, зато Саджади, который шел сюда «просто посмотреть» инвестировал аж две голдмарки. Также согласился вложиться еще один капитан с «Зеленой Черепахи», тоже увязавшийся просто за компанию. У Тука-ти денег не было, но он обещал добыть три тонны фруктов на брагу и его взяли в долю.
— Сматрытэ што мы нашлы! — Багир извлек пулемет с ржавым в кружево водяным кожухом и гордо продемонстрировал Капитану, — Выккерс сэмь-сэмь!
— Думаете, сможете восстановить?
— Сможэм! Мэханызм почти новий! Кожух сварым, а стволы на замэна уже купили!
— Это как он так интересно сгнил, что ствол и кожух в труху, а сам механизм не пострадал?
— Напевно, крипосна установка була, — предположил Михай, — Ствол назовни стирчав, а механизм в каземати залишився. Ось ине згнив.
— Я нашэл! — Багир гордо ударил себя в грудь, — Оба-два взялы! И Льюысы нашлы! И Браунынг! Но их восстанавлывать надо сылно.
— А что, Зеев? Не верит, что сможете?
— Я, конечно, сильно верю в ваших механиков, но…