Айдест. Истинная для альва

Мэтр Готье хоть и являлся опытным магом, впервые испугался. Он окружил себя стеной огня, пытаясь защититься. Только для щупалец призрачного существа это не было помехой.
Мэтр Готье присел в попытке укрыться. Он прекрасно знал, что от пут мертвецов лучше защищаться заклинанием воды, ветра, а самое верное – устранить соперника. Вот только мужчина являлся магом огня. И прежде чем он успел придумать хоть что-то, одно из щупалец обвилось вокруг его шеи.
– Где она? – могильным голосом вопросил Айдест. Его глаза продолжали сиять потусторонним зеленоватым светом, так как он удерживал призрачное существо.
– Она может быть у родителей или у себя в доме, – прохрипел мэтр Готье. Его губы начали синеть, пальцы царапали собственную кожу в попытках освободиться и сделать полноценный вздох.
– Назови мне адрес? – сжимая чуть сильнее шею мужчины, рыкнул Айдест.
Мэтр Готье понимал, что у него просто нет выбора. Здесь речь не шла о государственной тайне, а жить ему хотелось еще долго. Он лишь молился, чтобы девчонка успела покинуть город. А к тому моменту, когда Айдест вернется, он успеет подготовиться… Если вернется…
– Зеленый проулок, двенадцать и Кривой тупик, сорок три, – едва слышно ответил он, утаивая, что девчонка должна отправиться на границу.
– Сразу бы так, – радостно произнес Айдест. Он хлопнул в ладоши, прошептал слова отмены и покинул кабинет.
Мэтр Готье едва удержался на ногах. Его кабинет буквально превратился в руины. Стены, как и стол, хорошо обгорели, на потолке появились пятна копоти, а после заклинания Айдеста, как ни странно, еще и лужи на полу образовались.
Он потер шею и устало выдохнул. Правильно баб не берут на работу, от них одни проблемы.
Айдест вышел на улицу с победной улыбкой на устах. Его не волновал ни начавшийся переполох после его ухода, ни косые взгляды и шепотки. Он приближался к своей цели – поимке слишком резвой жены. Ну, и задала ему задачку Софи!
Альв подошел к лошади, но едва попытался забраться, понял, что сил у него нет. В висках стучало, окружающий мир перед глазами слегка покачивался. Айдест устало прислонился лбом к шее жеребца и потрепал его гриву. По-видимому, он исчерпал свой лимит выносливости. Еще одна стычка, и он просто, как кисейная барышня, упадет в обморок.
Эх, сейчас бы пару глоточков бальзама из думрерий. Но последнюю баночку он отдал ассамель. Жаль, что думрерии цветут лишь раз в десять лет, а потому снадобья из них не делают на экспорт. Даже в Тирандоле оно считается редким и очень дорогим. От этого остроухие возвели его в ранг национального сокровища и предпочитают не распространяться о нем во избежание паломничества к подножию гор у Храстольного озера. Единственного места, где растут эти необычные цветы.
От лошади приятно пахло сеном, цветами, немного пылью с дороги и ветром… Этот запах успокаивал. Айдест похлопал коня по холке. Тот передернул ушками и потерся носом о его плечо, будто хотел приободрить хозяина. Альв сделал шаг в сторону и погладил жеребца.
– Ну что, дружище, тяжелый денек сегодня будет, – протянул он, а потом с трудом взобрался в седло.
Собственное тело ему показалось ватным и непослушным, а сердце даже от такого простого действия лихорадочно забилось. Он чуть тронул поводья и поехал по одному из указанных адресов. Кто его там встретит, альв не знал. Но это было неважно.

Он ехал в сторону тупика. Аккуратные домики почти вплотную прилегали к друг другу, и порой казались своеобразным муравейником. Тихий и спокойный район по сравнению с центром. На улицах играли дети, и часто слышался звонкий смех. Небольшие скверики и лужайки у домов за кружевным забором вызывали умиление. Ворск хоть и являлся самым северным городом Зираднии, но никак не выглядел «диким» и неблагоустроенным. Скорее наоборот, каким-то домашним, уютным и чистым. Айдесту здесь нравилось, особенно после сурового и местами жестокого Четгершаса.
К небольшому домику песочного цвета в два этажа, с цветущими клумбами под окнами, он подъехал в полном умиротворении и нисколько не сомневался в успехе. Почти напротив него темноволосый мальчуган качался на качелях.
– Это дом четы Чретов? – спросил альв, не слезая с коня.
Мальчуган кивнул, а потом втянул голову в плечи и юркнул в тот самый домик. Не к добру.
Айдест спешился, привязал лошадь и поднялся на крыльцо. А едва постучал дверь, ему открыл мужчина крупных размеров и, ни слова не говоря, попытался его ударить. Айдест отскочил в сторону, но так как слишком расслабился, а может, просто устал, то немного не рассчитал и вписался лбом в дверь. Мир перед глазами внезапно померк.
– Какого темного?! – простонал он, оседая на пол.
– Ты что творишь, Вячко! Это же альв! – всхлипнула вышедшая на шум женщина. Из-за ее спины выглядывали любопытные носы детей.
– Не будет нашу Софочку обижать! – хмыкнул глава семейства. – И это… кто ж его знал, что он такой хлипкий…
Он наклонился, приподнял Айдеста и, крякнув, взвалил его на плечо.
– Давай-давай, неси его в дом, а то соседи увидят, донесут мэру, и будет скандал… – продолжала причитать женщина.
Альв проснулся от щекочущего ощущения в носу. Белый потолок и занавески в цветочек слишком настораживали. Он резко сел и чихнул. Напротив него сидел тот самый мальчуган, спрятавший за спину руки.
– Велька, ты чего творишь, – прошипела круглолицая девушка с длиннющей черной косой, очень похожая на мужчину, встретившего его у двери.
Тут альв все вспомнил и прищурился.
– Я? Да ничего… А че он тут почти весь вечер спит! – ответил пацан и тут же получил подзатыльник. В этот момент из его рук выскользнуло зажатое перо.
– Ай, Ясинка, отстань, – мальчуган вывернулся из рук сестрицы и быстро юркнул за дверь, крича: – Пап, остроухий очнулся!
Альв моментально напрягся. В доме ему явно не рады. Девушка вон стояла, краснела, но старалась держаться подальше и даже не смотреть в его сторону.
Айдест откинул покрывало, которым его заботливо прикрыли; холодный компресс, отодвинутый мальчишкой, буквально свалился ему в руки.
Что ж, теперь он хотя бы знал, что его не пытаются убить.
Он поднялся и с удивлением обнаружил, что его больше не шатает, а содержимое желудка не просится наружу. Небольшой отдых пошел на пользу.
Вот только Софи успела уже скрыться, а он снова от нее отставал.
Айдест одернул одежду, чуть поправил волосы, и к моменту, когда в комнату вошел отец ассамель, выглядел, будто и не пребывал в беспамятстве.
– Светлого дня, рьер, – протянул Айдест.
– Что вам надо? – Вячеслав Чретов сложил руки на груди и исподлобья посмотрел на альва, обидевшего его дочь.
И надо отметить, остроухий ему не нравился уже тем, что родился в Тирандоле. Купец полагал, что лучше для его дочери выйти замуж за простого работягу, как и он сам… Но главное для него, чтобы сама Софи любила мужа, и он ее, иначе никакого лада в семье не будет.