Пять минут до полуночи

— Нет, они не захотят остаться! Можешь убедиться и спросить у них сейчас, но я в этом уверен.
— Мы не останемся, — уверенно произнесла Катя. — Поедем все вместе. А там уж как получится. Здесь нам больше делать нечего.
— К тому же, Виталя, девушек здесь нет! Мы с Катей врачи и так же, как и все, на задании, — вновь напомнила Виктория.
— Тогда закончим на этом, — твердо произнес Борис. — Готовьтесь. В первую очередь продукты и вода. Еще нужно продумать, как будем ночевать. Там еще одежда кое-какая есть, нужно будет и ее захватить. Костик покажет, куда все можно сложить. Завтра на рассвете выезжаем. Все!
Борис посмотрел на Костю.
— Возьми максимальный запас солярки.
— Боря, е-мое! — чуть не поперхнувшись, ответил тот. — Само собой!
Ребята разошлись, а Борис и Катя так и остались стоять на месте.
Девушка взяла его за руку и заглянула в глаза.
— Борь, я не знаю, как там все сложится… Но, если что… хочу, чтобы ты знал… я очень, очень тебя люблю, и ближе тебя у меня никого нет, — тихо произнесла она.
Борис улыбнулся и, приобняв Катю за плечи, прижал к себе.
— Кать, да перестань ты… Все будет хорошо! — улыбнувшись, произнес молодой человек.
— Борь… мне кажется… мы предназначены друг для друга самой судьбой. Нет, не кажется, я уверена в этом! Чувствую!
Борис ничего не сказал, а лишь молча улыбнулся.
— Пообещай, что мы с тобой всегда будем вместе, — внезапно произнесла Катя, заглядывая ему в глаза.
Он задумался.
— Обещаю, что приложу для этого все силы.
— Мне сегодня приснилось море, — вдруг произнесла Катя. — Ты знаешь, я никогда не была на море, и вот сегодня вдруг мне приснилось. Будто я иду по берегу одна и никак не могу найти тебя. Я ищу, но никак не могу найти… — Взгляд девушки погрустнел, и в ее глазах появились слезы.
Борис никогда не видел, чтобы Катя плакала.
— Я кричу, зову тебя, плачу, умоляю появиться, но тебя все нет и нет.
Девушка незаметно вытерла скатившуюся слезинку.
— И вдруг появляешься ты… Но… ты маленький, понимаешь, маленький, еще в детстве, тебе лет одиннадцать-двенадцать. Но глаза твои, губы твои, улыбка — все твое. Как странно, я никогда даже не видела твоих детских фотографий, а тут во сне увидела тебя в детстве маленького. И причем так ясно.
— Глупенькая, ну что же ты плачешь? Я же там появился, в этом твоем сне, значит, все будет хорошо, и мы будем вместе.
Девушка кивнула и, не в силах удержаться, уткнулась Борису в плечо и заплакала. А он стал поглаживать ее по голове.
— Не плачь, Катюнь.
Но одного она так и не смогла сказать ему. В том ее сне мальчик, который был так похож на Бориса, назвал ее «мама». А Борис на берегу так и не появился.
    
Глава 32
СССР, Восточная Сибирь, тайга.
Загрузив в вездеход все необходимые вещи, пятеро ребят стояли на поляне возле бараков.
— Ну что, по коням! — произнес Костя, и все пошли устраиваться в машину. А Вика так и осталась стоять, с грустью поглядывая на «Гранатовый».
— Прощай, «Гранатовый», — негромко произнесла девушка. — Я никогда не забуду эти две жизни, которые ты забрал у нас, словно в уплату за свое гостеприимство.
Борис, окинув взглядом базу, произнес:
— Заводи, Кость!
С первыми лучами утреннего солнца вездеход тронулся в путь.
Водитель вел машину максимально осторожно. Любая придорожная кочка острой иглой вонзалась в тело механика. Все были готовы к тому, что в любой момент вездеход остановится и оставшееся расстояние придется идти пешком. Но удача была с ними, и они ехали уже целый день. Возможно, это было благодаря мастерству Кости, который сидел за штурвалом и ни на секунду не отвлекался от управления. Выступившие капли пота на его лбу говорили о том внутреннем напряжении, которое он испытывал в этот момент. Борис был штурманом. Он сидел рядом с водителем с картой и компасом и контролировал направление движения. Только раз он обратился к Косте с предложением сменить его за управлением. Но тот так посмотрел на Бориса, что у того отпало всякое желание в дальнейшем предлагать подобное.
На второй день пути удача отвернулась от них. На очередной яме вездеход вдруг остановился. Костя быстро выскочил из кабины и так же поспешно вернулся назад.
— Все, баста, приехали!
— Что, совсем? — спросила Виктория.
— Совсем! — твердо ответил Костя. — Это большая удача, что мы сумели проехать такое расстояние. Я не надеялся и на половину.
— Нам осталось не так много. — Борис стал по карте что-то вычислять. — Около тридцати километров осталось до «Сияния». Если поторопимся, до наступления ночи сможем уже быть там. Поэтому не будем задерживаться.
— А что мы с собой возьмем? — спросила Виктория.
— Продукты, воду и только самое необходимое. Нести-то придется на себе.
На том и порешили. Провизию и воду разделили на два вещмешка и договорились нести по очереди.
День был в самом разгаре, и ребята отправились в путь. Борис задал достаточно высокий темп ходьбы, остальным пришлось очень постараться, чтобы не отставать. Но тем не менее никто не жаловался.
— Борь, может, перекур устроим? — через два часа ходьбы произнесла Виктория. — Я очень устала.
— Викуль, потерпи еще немного, через полчасика сделаем остановку.
Но встать им пришлось раньше. Примерно через десять минут они вышли на редколесье и увидели в нескольких метрах от себя сидящего под деревом человека.
Борис, шедший впереди, резко остановился и поднял вверх руку, делая знак остальным. Но в этот момент человек под деревом тоже увидел их и встал. Он принялся призывно махать рукой.
— На помощь! Сюда!
Ребята подошли ближе. Перед ними стоял невысокого роста полный человек в форме майора медицинской службы. Его красные щеки лоснились от пота. Одна нога была зажата в капкане, от которого шла цепь к дереву.
— О, как хорошо, что я вас встретил! А я вот в капкан угодил, — начал он свою тираду. — Думал уже, что помереть мне здесь уготовано! А они, сволочи эти, волки, чувствуют! Уже возле меня ошиваются. Ночью бы загрызли меня! Как же вовремя вы пришли! Спасли от гибели! Вызволите меня, пожалуйста, отсюда!
Борис стоял поодаль, не шелохнувшись. И остальные ребята по его примеру так же молча смотрели на майора.
Костя, хотел было подойти к толстяку, но Борис взял его за руку, не дав ему этого сделать.
— Не торопись, — еле слышно сказал он. И спросил у незнакомца: — Вы кто?