В глуши

Дон начинает думать о том, что будет, когда они доберутся до базы, но тут Бриэль резко останавливается. Дон едва на нее не налетает.
— Стой, — говорит Бриэль. Она внимательно смотрит на землю. Дон выглядывает из-за ее плеча и видит причину остановки.
Следы.
    
102
Снега тут было достаточно, так что следы отпечатались довольно глубоко. Группа людей шла по одной тропе друг за другом, в направлении на восток.
— Мы по-прежнему идем за ними, — говорит Бриэль. — Это хорошо.
Дон смотрит на отпечатки ботинок и понимает: идя по следам, они будут знать, где противник. А значит, им не устроят засаду, по крайней мере если двигаться осторожно.
С другой стороны, парни где-то рядом.
Все еще ищут Дон, Бриэль и Лукаса.
 
  
Дон и Бриэль идут по следам.
Вернее, идут вдоль хребта, но постоянно смотрят на следы: не разбредаются ли те в разные стороны, не сходят ли с маршрута, не возвращаются ли обратно и не вытворяют ли еще какой-нибудь неожиданный финт.
Следы ведут туда же, куда идут Дон с Бриэль — вдоль по хребту, все ниже, на юго-восток, — туда, где горная гряда утопает в лесной чаще. Эта сторона хребта больше защищена: здесь тоже голые камни и почти нет ни деревьев, ни кустарников, зато ветер дует с запада; чем ниже Дон и Бриэль спускаются, тем выше рядом с ними возносится естественный барьер. Тут немного теплее. И снега меньше.
Дон думает о Лукасе. Поправится ли он? На мгновение ей становится стыдно за то, что она его бросила. Может, следовало остаться с ним, а за помощью отправить Бриэль.
Теперь он совсем один, может истечь кровью или замерзнуть ночью.
Если Лукас умрет, виновата будет Дон.
Как и в смерти отца.
Ведь так?
 
  
Бриэль снова останавливается. В этот раз Дон успевает затормозить.
Но теперь Бриэль явно испытывает какие-то сомнения. Она оглядывается назад, потом становится на цыпочки и вытягивает шею в том направлении, где в паре сотен ярдов от них заканчивается хребет. Хмурится и озирается по сторонам: справа хребет сливается с широкой, поросшей деревьями долиной, слева вздымается над ними на высоту в несколько сот футов.
— Что? — спрашивает Дон. Выражение лица спутницы начинает ее пугать. — Что такое?
Бриэль показывает на землю перед собой. Дон следит за ее взглядом, видит девственно-белый и ровный покров снега и сперва не понимает, в чем дело. Потом до нее доходит.
— Следы, — говорит она.
Бриэль мрачно кивает. Следы, по которым они шли, означавшие, что Уорден с его шайкой все еще впереди, исчезли.
Испарились без всякого предупреждения. Внезапно закончились прямо тут, на плоской каменистой площадке.
Их просто не стало.
Дон всматривается в снег, ее истощенный мозг не в силах понять, что это может значить. Тут Бриэль рядом с ней замирает, а Дон краем глаза улавливает какое-то движение.
Она оборачивается как раз вовремя, чтобы увидеть, как из-за огромного валуна появляется Уорден. По обе стороны от него идут Брендон и Эван, скалясь, как пара маньяков.
(За парнями следует Кайла. Судя по ее виду, ей это все не нравится.)
(По крайней мере, она не улыбается.)
Уорден не производит впечатления спятившего, как Брендон и Эван, но Дон замечает в его зеленых глазах опасный огонек. Его губы кривятся в усмешке.
— Попалась, — говорит он.
    
103
Бриэль отступает: скидывает свой рюкзак и срывается с места без единого звука. Уорден смотрит на Брендона, и Брендон с Эваном тут же бросаются вслед за ней, пролетев мимо Дон, словно ее тут вообще нет, как пара гиен в погоне за ускользнувшим обедом.
Уорден не двигается, Дон тоже. Кайла тоже стоит на месте, но Дон она не интересна.
Лишь бы Бриэль удалось убежать.
Уорден пристально смотрит на Дон.
— Военная хитрость, — говорит он с самодовольной ухмылкой. — Мы нашли укромное местечко и немного наследили, чтобы вас запутать. — Ухмылка становится шире. — Классно получилось, да?
Уорден делает шаг в ее сторону, потом еще один. На лице появляется другое выражение. Напоминающее… раскаянье.
— Зря ты сбежала. Я так хотел, чтобы ты осталась, Дон.
Он собирается ее убить.
Тысячи избитых фраз из тысяч заурядных фильмов всплывают в голове Дон.
(Тебе это не сойдет с рук.)
(Не смей!)
(Просто отпусти нас, мы никому ничего не скажем.)
(Я *хнык-хнык* тебе доверяла.)
(За что-о-о?)
Но какой бы истощенной и отчаявшейся Дон ни была, она пока не готова сдаваться. А ведь чуть ли не втюрилась!..
Дон смотрит на Уордена и больше не замечает ни его зеленых глаз, ни вырисовывающихся под курткой мышц.
Глядя на него, она видит подонка.
И молится, чтобы Бриэль убежала.
    
104
Увы, Бриэль не убегает. Брендон и Эван тащат ее обратно, туда, где стоят Уорден, Дон и Кайла.
Поймали меньше чем за десять минут.
Бриэль отчаянно сопротивляется. Но Брендон и Эван крупнее ее и держат крепко, ей не вырваться.
(Хотя у Эвана разбит нос.)
(А Брендон слегка прихрамывает.)
Они тащат Бриэль туда, где стоят остальные, и с явной гордостью передают ее Уордену. Тот смотрит на девушек, и по нему видно, с каким восторгом он будет предварять убийства своими речами.
— Не тяни, — говорит она, прежде чем Уорден успевает раскрыть рот. — Что бы ты ни планировал, избавь нас от своего монолога и приступай к делу.
Уорден хлопает глазами.
Он удивлен.
И даже становится похож на нормального человека. (На долю секунды.)
Потом его глаза сужаются.
— Ладно, — говорит он. — Покончим с этим.
Эван продолжает держать Бриэль, а Брендон подходит к Дон и грубо хватает ее за плечи.
Дон чувствует запах пота и грязи — немытые волосы, нечищеные зубы, и хотя она понимает, что сама пахнет не лучше, смрад от Брендона кажется ей обонятельным олицетворением того, какой он человек. А именно — гадкий.
Отвратительный.