В глуши

Алекс делает глубокий вдох. Он закрывает глаза и настраивается. А потом спокойно и уверенно переходит по выступу. Он добирается до противоположной стороны, поворачивается и с улыбкой, даже как-то застенчиво, смотрит назад, на Дон и остальных членов Стаи.
Лукас поворачивается к Кайле, Дон и Бриэль.
— Дамы вперед?
Дамы переглядываются.
На другой стороне выступа Уорден, Брендон, Эван и Алекс кричат что-то подбадривающее.
(Кристиан тоже кричит, но его никто не слушает.)
Дон не хочется идти следующей. Ей вообще не хочется идти, но, видимо, такой вариант не предусмотрен.
Наконец решается Бриэль.
— Я пойду, — говорит она.
Однако Кайла ее не слышит, или ей наплевать. Она трясет головой, что-то бормочет и встает на край выступа.
Глубоко вдыхает.
Выдыхает.
— Да уж, просто жесть. Настоящее безумие. — Она бледнеет, ее трясет. Кайла сама не своя от обуявшего ее страха.
Медленно — дюйм за дюймом — Кайла выходит на выступ.
    
42
Дон украдкой смотрит на Эмбер, надеется, что Эмбер скажет что-нибудь ободряющее — и Кайле, и всем им. Тогда все это безумие будет восприниматься проще.
Но Эмбер только бледнеет, словно подозревая, что ничего хорошего ждать не надо.
И самое ужасное…
 
что она права.
    
43
Кайла идет по выступу примерно так же, как бегал по утесам Хитрый Койот из старых мультиков.
То есть она делает шажочков десять, и вроде бы все хорошо, но потом смотрит вниз и тут же спекается.
В отличие от Хитрого Койота, она все-таки не падает.
Однако что-то с ней происходит.
Сначала она просто замирает на месте. Затем, тщетно стараясь не глядеть вниз и прижимаясь к каменной стене, оседает, будто в замедленной съемке, опускается на колени, опираясь на руки. Даже не видя ее лица, Дон понимает, что Кайла заходится в рыданиях.
Все ее тело содрогается. Голова опущена. Кайла хочет повернуться и посмотреть назад, туда, где стоят Дон, Эмбер и остальные; наверное, планирует ползти назад на коленях, но тело ее не слушается. Из-под ее ноги с края обрыва срывается куча камней, левая нога почти соскальзывает вслед за ними. Кайла вскрикивает и снова замирает: она больше не двигается — лишь плачет, дрожит и отказывается сдвинуться с места.
Это не есть хорошо.
 
  
На противоположной стороне первым в себя пришел Уорден. Аккуратно и ловко он проходит до выступа, опускается на корточки и словно готовится ползти к Кайле.
— Все хорошо, — говорит он ей; впрочем, из-за ветра его голос почти не слышен. — Все хорошо, детка. Я иду к тебе.
Но не идет. Потому что, прежде чем он успевает пошевелиться, за ним возникает Кристиан: он кладет руки Уордену на плечи и оттягивает его назад, хотя тот сопротивляется.
Назревает ссора. Дон не слышит, что именно говорит Кристиан, однако суть в том, что Уорден никуда не пойдет.
(Представьте, как эту новость воспринял сам Уорден.)
Он норовит протолкнуться мимо Кристиана, и на краткий, невероятно волнительный миг на самой вершине утеса завязывается борьба. Алекс пытается вклиниться между ними и примирить спорщиков, а Брендон и Эван стоят у самого края обрыва и наблюдают за стычкой, словно гиены в ожидании свежего мяса. Дон отводит взгляд в сторону, думая о том, что все это обязательно кончится настоящей катастрофой, и молится, чтобы в этой борьбе погиб не Уорден.
Но Уорден не погибает.
И Кристиан тоже.
Пока парни не успели натворить глупостей, Эмбер начинает им свистеть. Серьезно — свистеть. Где-то в недрах ее рюкзака был припрятан свисток, она вытащила его и свистит, словно судья самых высокогорных в мире соревнований: звук настолько пронзительный, что даже ветер, словно испугавшись, на мгновение затихает.
Кристиан и Уорден прекращают горный рестлинг и расходятся, стараясь как можно яснее показать сопернику, кто тут на самом деле альфа-самец.
В итоге они все же успокаиваются и смотрят через пропасть сначала на встречающую их гневным взглядом Эмбер, а потом на Кайлу, которая так и не шелохнулась на крошечном выступе.
— Успокойтесь, кретины! — кричит им Эмбер через пустоту, и эти слова, как раньше звук ее свистка, кажется, перекрывают даже ветер. — Стойте там и не двигайтесь. Я сама пойду к Кайле!
Кристиан и Уорден, не глядя друг на друга, кивают.
(С Эмбер сейчас никто спорить не станет.)
— Кайла, детка, ты тоже оставайся на месте, — продолжает Эмбер. — Я дойду до тебя, и мы пойдем вместе, хорошо?
Кайла что-то кричит в ответ, но у нее способность перекричать ветер не появилась. Что бы она ни сказала — все равно никто не услышал.
Эмбер ободряюще улыбается Дон и поворачивается к выступу.
— Никогда не доверяй женскую работу мужчинам, — говорит она, подмигивая.
Пересилив себя, Дон улыбается в ответ. Затем Эмбер ступает на выступ, спасая положение уже второй раз за день.
Вся Стая замирает и смотрит, как дюйм за дюймом Эмбер продвигается по выступу к Кайле, а та так и сидит, опершись на руки и колени. Кристиан и Уорден даже забывают о ссоре, завороженные происходящим. Снова поднимается ветер, и теперь слова Эмбер может слышать только Кайла, но Дон и так хорошо представляет, что может говорить наставница.
Просто успокойся, детка. Все будет хорошо. Вместе мы справимся.
Пока Эмбер подбирается к Кайле, ту по-прежнему трясет. Она все еще сидит, прижавшись к каменной стене справа. И по-прежнему из-под ее ног с выступа то и дело падают камни: они летят вниз, в обрыв, и падают сотней футов ниже, вздымая маленькие облачка пыли.
Зрелище не для слабонервных.
Медленно и осторожно Эмбер добирается к месту, где сидит Кайла, футах в пятнадцати от обоих краев выступа. Лицо Эмбер непроницаемо: она сосредоточенна и лишь слегка касается стены, чтобы удерживать равновесие, движения плавные, колени согнуты, но голова высоко поднята, глаза смотрят только вперед.
(Да Эмбер просто чертов монстр!)
(А Дон в ужасе — ей страшно за наставницу.)
Эмбер доходит до Кайлы. Наклоняется и легко похлопывает девушку по спине. Скорее даже по заднице, но сейчас никто по этому поводу истерик не устраивает. Эмбер что-то говорит Кайле. Кайла отвечает, мотая головой. Нет.
Воет ветер.