Не проси моей любви

— Прошу всех на обед, — это приглашение Глеб озвучил через громкую связь.
Так что через пару минут весь наш небольшой коллектив собрался в комнате отдыха. Где стол был заставлен коробочками из доставки.
— Роллы, пицца и чебуреки, — улыбнулся Глеб. — У меня есть небольшое объявление. Между мной и Мари улажены все недопонимания и теперь мы вместе. Наши отношения начались после прекращения моих отношений с Вероникой и после прекращения отношений Мари и Александра Ярышникова. Ешьте.
— Вот это скорость, — жизнерадостно улыбнулся Олежка. — Желаю тебе, шеф-мэм, всегда с такой скоростью любовь находить!
Поперхнувшись воздухом, я возмущенно произнесла:
— Хэй! Я думаю, что наши с Глебом отношения — мои последние отношения в этой жизни.
— Звучит не очень, — тихонечко хихикнула Светочка и принялась вскрывать коробочки.
— В смысле, у нас любовь на всю жизнь, — смутилась я и показала хохочущему Олежке кулак.
— Именно, — кивнул Драгош. — Свадьба будет скоро, все присутствующие — приглашены. Хотя ты, Латников, у меня на карандаше.
Олежка тут же поднял вверх руки:
— Я хороший! Просто говорю быстрее, чем думаю. И вот, в знак лояльности!
Он выстрелил в воздух яркими искрами, которые чуть не устроили пожар. Хорошо, что Драгош смог одним движением все потушить.
— Эх, а я могу только растюшек поливать, — вздохнула Светочка, — первая ступень стихии воды. Три капли из среднего пальца — оскорбительно.
И, сказав это, она начала расставлять блюда. Я же, не зная что сказать, принялась помогать.
— Куда ты столько заказал? — в итоге спросила я, осмотрев стол и несколько табуретов, на которые пришлось составить часть еды.
— Да оно само как-то, — пожал он широкими плечами.
— Так это, — Латников вытащил из пакеты двухлитровую бутылку колы, — разливает по кружкам и кричим — горько!
— Эй, это еще не свадьба, — возмутилась я. — Сначала метка, а уж потом…
— А репетировать? — с непередаваемым чувством вопросил Олежка. — Я ни разу не был на свадьбе. Надо все тщательно отрепетировать!
Я была против, но кто бы меня послушал? Драгош легко сломил мое сопротивление — крайне вялое — и втянул меня в долгий головокружительный поцелуй под аплодисменты коллег.
От души налопавшись вкусняшек, мы расползлись по своим рабочим местам. А через полчаса на мою почту пришел е-мейл от Латникова. Открыв вложения, я поперхнулась смешком — за тридцать минут Олежка умудрился сбацать с десяток моих фото в различных свадебных платьях.
По-хорошему, надо было позвонить ему на мобильный и отругать. Но с самого утра у меня в венах пузырилось искристое счастье и я просто не могла ни на кого сердиться. Так что я отбила ему сообщения в корпоративном чате:
«Спасибо, но не стоило отвлекаться».
Через час мне пришлось открыть корпоративный чат и перечитать собственное сообщение. Потому что я, каким-то совершенно неведомым и непонятным образом, вместо рабочих папок открыла несколько сайтов свадебных салонов.
«Возьми себя в руки, Тома», жестко сказала я себе.
В этот же момент зазвонил телефон, и я пропала на долгие сорок минут. Наша постоянная клиентка переживала, что стены ее гостиной, выполненные по нашему проекту, «недостаточно пыльные, понимаете?». Я не понимала, но поддерживала диалог все то время, пока искала ее проект. Который, к слову, уже был закинут в архивную папку.
Пока я убеждала клиентку, что ее роза достаточно пыльная — «Подождите, я включу видеосвязь» — мне пришло в голову, что свадебное платье в таком оттенке будет великолепно на мне смотреться. Светлокожие блондинки созданы для того, чтобы носить этот цвет. Или этот цвет создан для нас — тут как посмотреть.
— Но послушайте, — устало вздохнула наша клиентка, — моя сестра сказала, что это не пыльная роза!
— А вы уверены, что она не слукавила? — вкрадчиво спросила я. — Все же ваш проект это практически пик моей карьеры. Признаюсь, пока что мне не удалось создать чего-либо столь же восхитительного.
— Хах, — выдохнула клиентка, а после задумчиво добавила, — а ведь вы можете быть правы. У сестренки сложный характер. Простите, что отвлекла вас.
— Совершенно ничего страшного, — широко улыбнулась я.
Распрощавшись с клиенткой, я открыла блокнот и черканула пару строк. Пыльная роза, прованс, кружево, многослойная фактура. И стразы с вопросительным знаком.
«Работай, Тома, работай. Не уподобляйся пустоголовым дурочкам, у которых в голове нет ничего, кроме свадебных колоколов», рыкнула я на себя.
Но до вечера я постоянно отвлекалась и блокнот заполнялся заметками и зарисовками. Платье я буду шить. Ну, не я, конечно. Кто-то будет шить мне платье по моему эскизу.
— Ты ни разу не зашла ко мне.
Укоризненный голос Глеба заставил меня вздрогнуть:
— Зачем пугаешь?
Он, стоявший в дверях, усмехнулся и одним движением оказался у меня за спиной. Уложив руки мне на плечи, Драгош начал массаж. И, одновременно, вкрадчиво произнес:
— Мама ждет нас послезавтра на ужин. Тш-ш, не дергайся, Мари.
— Даже если я сейчас спрошу, — уныло произнесла я, — ты все равно не скажешь как именно она отреагировала на замену невесты.
— Неправильно. У меня невесты не было, — Драгош наклонился ко мне и коснулся губами кончика моего уха. — Все уже хорошо, Мари. Матушка у меня свободолюбивая личность с многочисленными интересами. Мы живем раздельно — она не будет вмешиваться в нашу жизнь.
— То есть она не рада, — подытожила я, и повернулась к Глебу. — Я права?
— Она насторожена, — уклончиво отозвался он и сорвал с моих губ короткий поцелуй. — Поехали. Сегодня ты представишь меня своему папе.
— Он тебе и слова не скажет. Папа очень воспитанный колдун…
Тут Драгош заржал, но промолчал. А потом задумчиво сказал:
— Так и моя мама слова не скажет. В этом и смысл — как бы то ни было, а родители не могут прожить эту жизнь за нас. И моя мама это понимает. Ее волчица не приняла иного волка, из-за этого мы не смогли остаться в клане. Она винила себя за нашу, прямо скажем, не простую судьбу. Но… Но я куда свободнее, чем мог бы быть.
«Моя понимает, но сопротивляется», хмыкнула я про себя и, повернувшись к столу, принялась собираться. Блокнот, телефон и прочие мелочи. Ключи от машины все это время бесцельно провалялись в сумке. Интересно, как там моя крошка?
По пути домой мы заглянули в супермаркет и набрали два пакета всякой всячины. Я видела, что Глеб нервничает. Но мой волк так сильно старался не подавать вида, что мне было неловко затрагивать эту тему. Поэтому я просто вытащила телефон и отбила папе сообщение: