Северянин (СИ)
Ну и для того, чтобы слегка изменить ваше понимание о нашей академии, я заверю вас, что не все так у нас плохо, как вы описали. Мы всегда радеем за всех наших учеников, вне зависимости от их статуса, социального положения, титулов и принадлежности к аристократии. Могу вас заверить, что я лично держу под контролем все опасные конфликты. И случай с девушкой и дворянином, который вы сегодня изволили наблюдать, тоже находился под моим полным контролем. И курировал его лично мессир Мэл.
В подобном отношении к студиозусам есть некая подоплека. Вот ее вы и не заметили. Дело в том, что каждый студиозус должен научиться сам решать свои проблемы и самостоятельно преодолевать свой страх. Мы бы не позволили барону ван Ривски навредить девушке ни во время учебы, ни после. У нас довольно обширные связи и возможности. Защиту для студиозусов во время обучения на первом курсе придумал и гарантировал лично я. Стоило мне это не малых трудов и затрат, но своего я добился.
Более того, прежде чем поступить в эту академию, я был простолюдином и сам лично прошел через все это. А после того, как я стал магистром, я внедрил свою программу обучения, которая учит не только магии, но и тому, как вести себя в жизни. Каждый должен знать свое место и вести себя соответственно. И если ты хочешь достичь чего-то большего, то для начала научись решать свои проблемы самостоятельно и научись контролировать свой страх. Только в этом случае можно в жизни достичь хоть каких-то результатов. Ну, а если вы откажетесь от моего предложения, я буду вынужден выгнать вас за нарушение правил академии и нападении на ученика-первокурсника. Вы ведь не просто истощили ему амулет физической защиты, хотя и этого вполне достаточно для отчисления, а еще и нанесли физическую травму.
Я стоял, слушал и понимал, что зря я взъелся на старика. Оказывается, он не просто пустил все на самотек, а создал настоящий баланс между всеми, кто учится в академии, жизненными планами учеников, взаимоотношениями с их родителями и возможностью научиться чему-то большему, чем просто магии. Мне у него нужно учиться, а не осуждать. Ведь мое государство держится на клятве крови, а он реально балансирует среди многих противоборствующих сил. И получается это у него просто мастерски. Мне стало стыдно, что я на него набросился. Поэтому я вполне честно и искренне ответил:
- Прошу прощения за то, что, не разобравшись во всем досконально, обвинил вас в бездействии по отношению к происходящей вокруг несправедливости. Я был не прав. Я согласен на ваши условия, но не могу утверждать, что пройду мимо, если подобное повторится. Я буду стараться всячески избегать конфликтов, если они не задевают мою честь или честь моих друзей. Я даже постараюсь не обращать внимания на недостойное поведение одних студиозусов по отношению к другим, если только их поступки не будут переходить границы моего понимания чести. Скажем, если повторится ситуация с бароном ван Ривски, я не смогу пройти мимо, но если кто-то попытается кого унизить словами, не применяя силы и физического воздействия, я буду сдерживаться и постараюсь не вмешаться в конфликт, если опять же в него не будем втянуты я и мои друзья. И я не стану конфликтовать первым. Вас такие условия сделки устроят?
- Ну, вот видишь, а ты говорил, не поймет, – обратился магистр Рон к мессиру Мэлу. – Нужно просто все доходчиво объяснить. Нельзя сразу рубить сгоряча. Всегда стоит сначала поговорить. Что ж, молодой человек, я рад, что мы с вами пришли к взаимопониманию.
- Могу ли я рассказать своим друзьям о том методе, который вы используете, для того, чтобы обучить студиозусов решать свои проблемы?
- Я бы не хотел, чтобы вы распространялись об этом. Ведь если студиозусы узнают, то они будут уверены, что академия их в обиду не даст, и ничему так и не научатся. Но если возникнет угроза вашей чести и ваши друзья посчитают вас трусом, то я разрешаю рассказать им об этом моем методе.
- Благодарю вас за понимание.
- Что ж, раз вопрос о вашем зачислении на первый курс академии решен окончательно, предлагаю перейти к другой, не менее важной теме – оплате обучения.
Магистр Рон коснулся чего-то на своем столе, и в кабинет вошел тот самый пожилой мужчина с большой книжкой, что сидел в приемной.
Конец пятой книги из серии «Ущербные».
Продолжение следует.