Козырь Рейха. Дилогия (СИ)
Нет, лучше рыскать по южным морям на поврежденном корабле, чем тонуть в северных водах на изувеченном взрывами корыте. И Лангсдорф предложил гросс-адмиралу свой вариант прорыва броненосца, что в его рапорте превратился в инвалида – днище заросло, хода нет большого, да и дизеля изношены и часто ломаются. Еще повреждений множество, орудийные стволы почти расстреляны и снарядов зело не хватает. Команда сильно устала, припасов мало, а врагов, что характерно, на пути будет много, и все вельми злобны на несчастный броненосец. И с чего бы такая у них лютость?
И сам предложил возвращаться в рейх весьма нетривиальным путем – пусть намного дальше и дольше, зато безопасней. Пойти по маршруту адмирала Шпее, но только в обратном порядке. Дойти и обогнуть мыс Горн, отправив в Японию «Альтмарк» за дизельным топливом и припасами. Добраться по Тихому океану до бывших германских колоний, ныне ставших японскими, а потом и до самой империи Восходящего солнца доползти потихоньку. Там отремонтировавшись в какой-нибудь потайной бухте, попросить помощи у русских, благо они вроде как союзники. И отправиться Северным морским путем в сопровождении советских арктических ледоколов до Мурманска. А там до Германии добраться легче легкого мимо норвежских фиордов. Вот здесь Лангсдорф был уверен почему-то, что к этому времени Норвегия точно будет занята вермахтом, а кригсмарине с захватом Тромсе и Нарвика получит открытый выход в Атлантику.
Ближняя дорога ведь не всегда является короткой и надежной. А тут хоть и далеко, но цистерны заправлены почти полностью, дальности плавания экономическим ходом в 20 тысяч миль вполне хватит, чтобы достичь косоглазых ненадежных союзников. У «Альтмарка» поменьше, правда, но так и танки на нем еще не пустые – из тех 7 тысяч тонн солярки взятых для долгого рейдерства что-то в них осталось, пусть и не так много. Конечно, добавится головной боли послам в Японии и России, но люди министра иностранных дел Германии Риббентропа сейчас работой серьезно не загружены, похлопочут. А вот с собственной разведкой лучше не связываться – Лангсдорф был уверен, что глава Абвера адмирал Канарис есть, как говорят русские – «засланный казачок» – и подрабатывает втихую на британцев. И на шифровальные машинки «Энигма» не стоит надеяться слишком, их работу кодировки англичане выяснят довольно быстро.
А чтобы в Берлине ему дали разрешение на переход и обеспечили дипломатическим прикрытием, Лангсдорф предложил свой план нападения на одну из британских баз, имеющих стратегическое значение для Соединенного королевства – а именно на Фолклендские острова. Причем не только оккупировать Порт-Стенли, высадив десант, но и попытаться стравить между собой Великобританию и Аргентину, пусть даже без войны между ними, но с таким хорошим конфликтом. И тут же получил радиограмму, что ради такого хорошего дела, его отряд получит существенное усиление.
Это означало только одно – придется сидеть на Фольклендах долго, пока британцы сильно не попросят. А такое не скоро произойдет. И ждать подкрепления – только интересно кого отправят?
Броненосец «Дойчланд»? Его спешно переименовали в «Лютцов», так как вероятная и возможная гибель «Германии» произвела бы на рейх тягостное впечатление. Или «Адмирала Шера»? А может из легких крейсеров кого? Тогда отправят и танкер, что был с «Дойчландом». А вообще это мысль – заиметь на Фолклендах хоть на месяц военно-морскую базу рейха – это же такой чирей для британцев выскочит, причем в самом неудобном месте!
Командир тяжелого крейсера «Эксетер»
капитан 1-го ранга Белл
Прибытие поврежденного в бою крейсера Ройял Нэви нарушило патриархальный уклад жизни затерянного в Атлантике городка. Война пришла и сюда – «Эксетер» буквально вползал во внутреннюю гавань. Но дошел до Порта-Стенли – хотя по пути пережил шторм и Белл искренне молил небеса смилостивиться. Заходить в один из аргентинских портов для него было абсолютно неприемлемо, смерти подобно, фигурально выражаясь. Нет, никто бы не стал стрелять по кораблю, но, учитывая давнюю и стойкую неприязнь аргентинцев к «Юнион Джеку», можно было не сомневаться в решении Буэнос-Айреса, немедленно интернировать HMS, разоружив и заперев на борту экипаж до конца войны.
Избитый и закопченный корпус крейсера произвел на жителей неизгладимое впечатление, и тут надо отдать должное британскому патриотизму – все немедленно включились в работу, пытаясь как можно быстрее исправить повреждения флагмана южно-атлантического соединения. Городок был полностью отключен от электричества, зато прерывистое свечение электросварки окутало корабль на круглые сутки, как и шипение огоньков газовых резаков. У борта поставили баржу, куда сбрасывали искореженный металл – на островах не было ненужных вещей, все могло иметь надлежащую цену и потребность. В полную мощь заработала мастерская, там постоянно грохотало – заказов с крейсера поступило настолько много, что местные производственные мощности могли едва выполнить только одну десятую часть, и то года за три непрерывной круглосуточной работы.
Пабы опустели – все жители помогали морякам Ройял Неви как можно быстрее подготовить крейсер к переходу в метрополию, и окончательно выпроводить его из порта. До вчерашнего вечера в городе чувствовалось напряжение – проклятый «карманный линкор», удалившись после безжалостного избиения эскадры Харвуда из Ла-Платы, пропал в океане бесследно. Среди горожан прошел слух, что «Адмирал граф Шпее» хочет напасть на Фолкленды и безжалостно добить тут «Эксетер», единственный уцелевший крейсер Британии в этих суровых водах.
Два дня жители Порт-Стенли всматривались в горизонт, страшась увидеть там «Ужас Атлантики». Каково это узреть во внешней гавани броненосец, способный измолотить в труху и городок, и все суда в порту за какой-то час? Такая перспектива отнюдь не воодушевила местных обывателей, оттого в море патрулировал единственный шлюп, ветеран прошлой войны, вооруженный двумя 102 мм орудиями. Понятно, что он не задержит рейдер не на минуту, за которую его и потопят пушки «Шпее», но хоть успеет подать сигнал бедствия, а там глядишь и «Эксетер» успеет выйти в море и удрать. В том, что корабль легко наберет так нужные ему 27 узлов, максимальная скорость на которую способен «Шпее», кэптен Белл не сомневался.
Однако вчера пришли несколько радиограмм, в которых указывалось, что рейдер со своим судном снабжения обнаружен восточнее берегов Бразилии у экватора. «Альтмарк» якобы опознали по описанию летчиков содержавшиеся на «Шпее» пленные моряки, отпущенные на свободу в Монтевидео. А броненосец стал настолько популярным и знаковым для Латинской Америки кораблем, что его фотографии имелись чуть ли не в каждом доме – типографии сделали на этом хорошую прибыль.
Напряжение в городке растаяло, все вернулось в обычный ритм жизни. В гавань вошел патрульный шлюп, задачей которого была охота на подводные лодки, которые в прошлую войну причинили множество неприятностей судоходству, а не борьба с надводным рейдером, словно таксы против слона. В дома жителей дали вечером свет, ночные работы остановились. Белл посетил раненных моряков в местной больнице и в одном из приспособленных под госпиталь домов и отпустил на берег треть экипажа, дав людям небольшой, но столь важный отдых на несколько часов.
Пабы были мгновенно переполнены угрюмыми матросами и старшинами Королевского флота. Гражданские моряки решили просидеть вечер на трампах и траулерах – связываться с ордой прошедших через страшный бой военных может только клинический идиот. Ведь где пиво, там слова, а те могут показаться обидными. И останется надеяться только на помощь морских пехотинцев, что вырвут истерзанные тела из рук озверевшей матросни. А кому из жертв будет мало, то и от себя добавят, чисто из флотской солидарности. Но экипаж «Эксетера» вел себя пристойно, тянул пиво с мрачными лицами и даже к официанткам не лезли с непристойно-привычными предложениями, хотя всем известно, что корона платит за службу щедро. Видимо, не имели матросы настроения соответствующего, выбито оно у них разрывами тяжелых германских «кирпичей».