Неправильная невеста. Сердце Стужи
– Я не человек, Эрика. Я драгон, – Селвин поднял взгляд к моему вытянувшемуся от изумления лицу.
– А Кора знает? – задала я преглупейшей вопрос. – Конечно знает, – сразу же исправилась, помотав головой.
Вот почему отец отрёкся от неё. Она выбрала самого неподходящего мужчину из всех возможных.
– Кора – прекрасная девушка. Её любовь наполняет жизнью каждый мой день, – на губах мужчины мелькнула тусклая улыбка.
Я же внутренне напряглась. За шоком последовала настороженность, ведь именно драгоны нас преследовали и чуть не убили.
– Я изгой в своей стране. Рядом с твоей сестрой я обрёл новый дом. Но ты просила без предисловий, – он вновь сосредоточился на обработке моих ран. – Полтора года назад в Империи произошёл переворот. Император Эрвин сел на трон вопреки традициям моей страны, уничтожив почти всех представителей прежней правящей династии. Несогласных с новым режимом убивали либо запирали в темнице. Я был среди них. Но сбежал и скрылся в Эрфолке.
– Значит, эти ожоги…
– Остались после заточения и пыток, – голос его звучал ровно, почти безэмоционально, и я мысленно позавидовала его выдержке.
Сородичи Селвина держали его взаперти, пытали. Вряд ли он рассчитывал выжить. Но сейчас он говорил о прошлом спокойно.
– Мои силы ограничены магической печатью.
– Поэтому вам… тебе нужен цветок?
Удивительно, но с Рикардом я перешла на «ты» сразу же, а здесь путаюсь. Но Селвин, казалось, был намного старше своих лет.
– Да, чтобы снять печать, – подтвердил он, начав осторожно промывать ожоги.
Раны защипало, я тихо зашипела, с усилием поборов желание отдёрнуть ладони.
– А стрела… Ты знал, что придут драгоны? Что они способны к обороту?
– Империя изменилась, когда на трон взошёл новый правитель. Моя раса обратилась за помощью к тёмным богам. Я предполагал, что те могут наделить драгонов былой силой. Но стрелу изготовил не для этого…
– Для чего же?
Селвин молчал, сосредоточенный на обработке ожогов. На мгновение показалось, он просто не услышал мой вопрос. А я теперь не была уверена, что имею права его задавать. Для моей сестры он возлюбленный, а для меня лишь вынужденный спутник. Как оказалось, ещё и с вереницей проблем за спиной. Может, драгонам нужен и он? Отец говорил, убивают ненужных, а пытают в стремлении добиться чего-то важного. Тогда ему надо было как-то объяснить перепуганной дочери, спустившейся в подвалы замка на крики, зачем там мучают людей. И он не стал придумывать сказки, а сказал жестокую правду.
– Я изготовил эту стрелу для Эрвина, – выдохнул Селвин признание. – Чтобы однажды проткнуть его чёрное сердце.
Я задрожала, ощутив исходящую от драгона глухую ненависть, и всё же выдернула ладонь, когда он слишком сильно надавил на рану.
– Ещё десять минут, – раздался строгий голос нашего проводника.
– Прости. Не хотел тебя пугать, – сипло извинился Селвин, вновь аккуратно беря мою ладонь в свою. – Сейчас быстро обработаю. Нужно ещё успеть поесть.
– Они тебя разыскивают?
– Что ты имеешь в виду? – светлые брови мужчины приподнялись в притворном, как мне показалось, недоумении.
– Драгоны всё ещё разыскивают сбежавшего пленника?
– Нет. Во мне нет ничего особенного, – отрицательно мотнул головой он, вновь опуская взгляд к моим ранам.
А сердце тревожно ударило о грудную клетку, потому что мне послышалась ложь в его словах.
***
Привал оказался слишком коротким. После того как немного посидела и перекусила, найти силы на то, чтобы вновь залезть в седло, удалось с трудом. Благо, Селвин привёл для меня лошадь, не нужно было терпеть неудобства с сестрой. Но это малое утешение на фоне того, что предстояло вновь пуститься в бега. Не говоря о том, что тревога по поводу последнего разговора не отпускала. Я не доверяла Селвину, наверное, поэтому услышала в его ответе то, чего нет. Нам и так хватает проблем. Сердце Стужи в опасности, враг вошёл в страну, а самые сильные крепости пали без единой попытки защититься с нашей стороны. Надежда была лишь на возвращение моего отца. За ним объединится и весь Эрфолк.
Как выяснилось, скакать нам предстояло не по тракту. Рикард вернулся из леса к самому завершению нашего короткого отдыха. В руках он нёс отрезы ткани и моток верёвки.
– Я проведу вас сумеречной тропой, – сообщил он, подвязывая конец верёвки к седлу своей кобылы.
Мы все изумлённо переглянулись. Не знаю, как другие, а я о таком не слышала.
– Что это значит? – уточнил Белин, озадаченно растрепав седые волосы.
– Разжёвывать не стану. Все по коням, – Рикард устало поморщился, растерев переносицу. – Кто боится, может остаться здесь.
Ждать драгонов никто не хотел, потому мы послушно взгромоздились на не самых довольных коней. Рикард попросил нас выстроиться цепочкой, и на этот раз мы подчинились без вопросов. Меня он выставил прямо за собой. Накинул петлёй верёвку сначала на шею лошади, потом протянул вокруг моей талии. Коснувшись её, я с изумлением осознала, что она обмазана чем-то тёмным, кажется, кровью самого Рикарда. И действительно, под рукавом его рубашки виднелся слой бинта.
– Повязки на глаза, для вас и лошадей, – как только всех связал в цепь, он раздал нам полосы ткани. – Ни за что не снимать. Даже если будет очень страшно. Снимите, будет страшнее. Сойдёте с ума.
Судорожно сжав переданную мне повязку, я нагнулась, чтобы закрыть глаза лошади. Куда же он нас поведёт?
Когда повязка легла на глаза, уже стало страшно. Потом же лошадь двинулась за проводником, и сердце забилось с удвоенной скоростью. Дождь и ветер исчезли, вокруг стало невероятно тихо, сухо и как-то… мёртво. Только безмолвие продлилось недолго. Воздух прорезал душераздирающий крик. Пришлось успокаивать испугавшуюся лошадь, когда сама я лишь силой воли сдерживала дрожь и желание сорвать повязку с лица.
– Это неупокоенные души, – раздался где-то впереди голос проводника.
– Они ищут реку Сольве, – прошептала я, и мои слова разнеслись вокруг эхом чужих голосов.
Я судорожно вцепилась в гриву лошади, боясь, что меня сейчас сдёрнут с седла.
– Не говори её название вслух, духи негодуют, – предостерёг Рикард. – Да, те, кого не похоронили по правилам, кто отрёкся от веры, кого прокляли. Все они пытаются найти путь к единой реке. Это сумеречный мир, скрытый от глаз простых смертных.
– Но не твоего…
– Кто знает, может, дочь Сигурн способна подстрелить и духа, – усмехнулся он. Так странно было вести беседу с закрытыми глазами. – Может, для твоей способности не существует понятий пространства и времени? Проверяла?
– Нет, я училась промахиваться.
– Ты странная, – изрёк он, и я возмущённо замолчала на мгновение.