Santa Рома

— Будет еще хуже! — остановился он у бортика, чтобы избавиться от телефона.
— Каждый год на даче встречаете? — спросила Соня.
— Впервые в сознательном возрасте. Но судя по вчерашней тренировке они запаслись нехило так. Сейчас шампанское принесу.
— Может, не надо?
— Соня, мы не собираемся выпивать всю бутылку. Новый год! Расслабься!
Он не стал слушать, что ему ответят: не хочу или не могу, не буду, не дождешься — все в итоге едино играет ему на руку. Не собирается он к ней приставать. Если только в мыслях — в мыслях он сам себе хозяин. Ну а телом больше не владел — его била уже совсем не маленькая дрожь. Надо поторопиться — руки к машине чтобы не прилипли. Вытащил пакет, бумага аж ломается в пальцах. Бутылку нужно вынуть, а то потом за пакетом придется гоняться по всему двору. Но открывать шампанское Рома не рискнул — сначала отогреет хоть немного пальцы, до полуночи точно успеет.
— Замерз?
— Так заметно, что ли? — переспросил, уже по уши погрузившись в кипяток, а потом вообще взял и нырнул.
— Как ты теперь с мокрыми волосами?
Ее аж завиваться начали у лица — хвост она разумно подняла на затылок.
— Думаешь, твои от пара не мокрые? Наивная… Ну, нравится?
— Что? Джакузи?
— Ну а что еще? Больше ничего еще не было, — заулыбался он коварно. — Купаться в снегу будем после курантов.
— Я не буду.
— А куда ты денешься? Тишка отказался, так что тебе теперь за двоих отдуваться… Ну чего ты? Это кульно. Вообще Новый год всегда с дури начинать надо.
— Зачем?
— Не зачем, а обязательно! Держи бокалы ровно.
Рома положил телефон поближе к себе.
— Минута десять…
Сорвал золотинку с горлышка и прикопал в снег за бортиком, затем медленно начал раскручивать проволоку.
— Сорок секунд. Успею?
— Успеешь.
— Не сомневаешься?
— Нет.
Успел, выстрелил, вылил в подставленные бокалы всю пену, половину не нарочно пролил в воду. Поставил бутылку в снег.
— С Новым годом!
— С Новым годом! — отозвалась Соня не под звон бокалов, а под дикий салют, рассветивший всеми цветами не только небо, но и снег, на котором до этого лежали только теплые круги от фонарей. Ну и сами они были в солнечном круге от лампочек, встроенных в бортик джакузи.
— Допивай и пойдем в снегу купаться.
— Может, не надо?
— Допивать? Ну это как хочешь…
— Ты понял.
— А это будет, как хочу я. Давай!
Он протянул руку за Сониным бокалом и аккуратно прикопал оба в сугроб. Выскочил из воды и протянул Соне руку.
— Не хочу! — задрожала она, вцепившись не только в руку, но и в поручни джакузи.
— Прилипнешь! — усмехнулся Рома. — Пожалей меня — я не хочу два раза в сугроб падать, чтобы продемонстрировать тебе, что это не смертельно. Давай уж один раз — вместе.
Пришлось отдать ему вторую руку — молча, но тронув пальцами правой ноги лед, Соня снова пискнула — ну да, другое сравнение Ромке на ум сейчас не пришло.
— Давай на счет три? — спросил, когда она оказалась на снегу уже двумя ногами. — Больше тянуть не надо. Просто падаешь назад. Можешь сразу вскочить, но если полежишь минуту — будут другие ощущения. Готова? Раз, два, три!
Она не закричала — явно, приняла такое решение, потому что зажмурилась. Ромка крепко держал ее за руку и почувствовал, как участился ее пульс.
— Хватит! — не стал он ждать минуту. — Дуй в воду!
Уговаривать не пришлось — но тут она тоже сдержалась. Испугалась, что Женька выскочит проверять, что случилось, что ли? Или вдруг стыдно стало за трусость?
— Понравилось?
Соня пожала плечами.
— Необычно. Но больше не хочу.
— Ну, галочку поставила и ладно! Допивай шампанское и пойдем в сауну с завтрашними последствиями сегодняшнего бороться.
— Уже с сегодняшними, — усмехнулась Соня.
— Не, познакомилась со мной ты вчера. Сегодня плоды пожинаешь. Давай все? Вылезай!
Он снова вылез первым, подал ей руку и полотенце, схватил ключи и телефон.
— А шампанское? — остановила его Соня.
— Женьку напоить решила? Ну бери.
Внизу никого не было. Но наверху тихо шумели.
— Не мешай. Она его уложит сама, — остановил Рома желание сестры вмешаться в укладывание брата. — Давай лучше в сауну, пока она теплая.
— А ты? Ты тоже замерз.
— И я? Куда ж ты без меня?
Он даже дверь сауны для нее придержал, взял новое полотенце, чтобы бросить на скамью и подбодрил, так сказать, так сказав:
— Тай, сосулька. Волосы распуши. В душевой есть фен, с мокрой головой не ложись. Завтра у нас интересный день.
— Завтра мне на работу. Интересный день сегодня.
— Соня, тебе говорили, что ты зануда?
— Нет.
— Буду первым, значит. Время не детское, грейся и спать. Хотя мы еще подарки не посмотрели…
— Какие подарки? — насупилась Соня.
— От бабы Яги, тебе ж сказали… А я больше ничего не скажу. Я с подарком для тебя надурил.
— Ты ж не знал…
Наконец-то на лице Сони появился румянец — не смущения, а тепла. Пусть и не совсем душевного.
— Надеюсь, больше с тобой в лужу не сяду. С подарком, то бишь.
— Может, хватит уже подарков? — и снова улыбка куда-то убежала с Сониного лица.
— Я же еще не начинал. Сначала Дед Мороз, потом Баба Яга, а Зайчик так, пока всего лишь посредник…
— Это ты зайчик, что ли? — Соня хихикнула теперь по-настоящему.
— Ну а кто? Твой брат меня Красной Шапочкой обозвал, лучше, что ли?
— Но у тебя красная шапка есть.
— Хорошо, с меня тогда пирожки. Завтра по дороге в город купим.
Соня поджала губы.
— Ты зачем моего отца пригласил? Что он тут делать будет?
— А мы найдем ему работу, не переживай… Сонь, ну что я мог сделать? Он бы тебя тогда не отпустил.
— Позвонить ему и сказать, что приезжать не надо. Поедем вместе с Тихоном в город.
— У ребенка тут снег, собака, баба Яга, а ты его в городскую квартиру тащишь — злая ты сестра, злая…
— Я — нет, а папа злой, вечно.
— Тут вечно злая Женька. Так что поставит твоего отца на место.
— Не надо его никуда ставить…