Santa Рома

Роман сказал это шепотом — то ли случайно повезло, то ли краем глаза успел заметить приоткрывающуюся дверь ванной комнаты.
— Хорошо, — буркнула Соня. — Прямо сейчас надо? Или я могу переодеться?
— Оленя не надо снимать, ты чего! — встрепенулся Роман так яростно, что Соня невольно вздрогнула. — У меня шапка красная есть. По приколу могу надеть…
— Ты все по приколу делаешь? — буркнула Соня еще злее.
— Тихон, иди вниз. Скажешь Женьке, что мы скоро придем. Без нас не начинайте есть. Хотя можете начинать…
Соня еще сильнее дернулась от осветившей его лицо улыбки. Он снова подтолкнул ее брата в спину, но теперь по направлению к лестнице.
— Держись крепко! Не упади. А то твоя сестра меня прибьет.
— Не прибьет, — сказал Тихон по-серьезному и взялся за перила.
Один шаг, два, три — и его светлая голова исчезла из поля зрения сестры.
— Не прибьешь?
Роман сам обошел ее, чтобы встать прямо ей перед носом. Теперь бы сглотнуть тихо, а то сказать с полным ртом слюней ничего не получится. На вопрос отвечать не будет. Это же не вопрос, это подтрунивание.
— Женька там про меня много лишнего наговорить успела?
— Мы говорили обо мне, — сумела Соня одновременно и проглотить слюни, и высказаться.
— Будь спокойна. Мне точно ничего не расскажет.
— Я сама тебе все рассказала. Про маму…
— А про папу я сам видел, — улыбнулся Роман еще задорнее.
Но Соне почему-то не стало веселее.
— Соня, я не заставляю тебя врать. Считай, что это такая же новогодняя сказка, как Дед Мороз. Вот такой подарок мне подари… Мне одному их не доломать.
И Роман демонстративно схватил себя за прядь над левым виском и запрыгал на правой ноге.
— Ладно. Хватит! — прекратил он тут же свои кривляния. — А то Женька скажет, что я ей дом ломаю. Кстати, ты же купальник взяла? Новый год мы будем встречать в воде. Я уже включил подогрев в джакузи. Только не говори, что полезешь в нее в свитере!
И он рассмеялся, а Соня в ответ лишь сильнее стиснула губы.
— Могу прямо сейчас купальник надеть! — процедила сквозь зубы. — У вас тут баня.
— Баня будет после купания в снегу… Соня, все будет классно. Просто классно, — говорил, снова держа ее за плечи. — Хотя вру… Бани не будет. Я сауну в самом доме включил. Знаешь, я сейчас подумал — а классно, что Агата меня под Новый год бросила, а не после…
— Почему это? — спрашивала его и сама задавалась вопросом, почему ей вдруг так холодно сделалось, точно действительно сам Дед Мороз к ней прикоснулся.
— Потому что с тобой бы не познакомился…
Соня смотрела на Романа, не мигая. Не понимая, как ей нужно реагировать на его слова. В голове все кипело, а кровь стыла, под свитер будто насыпали ворох снега.
— И пришлось бы сознаваться родителям, какой я дурак, — рассмеялся Роман.
Соня чуть не плюнула в него — еле удержалась. Сердце колотилось в груди и в ушах — казалось, что у нее их теперь аж целых три и всем больно. Одно принадлежит отцу, второе — Тихону, а то, что вернула ей мать за ненадобностью, теперь свободно — и ему больнее всего.
— Тебе повезло, — произнесла Соня, собрав в кулак все силы, чтобы не закусить начавшую подрагивать губу. — Наверное, заслужил…
А ей за что все это? В чем она провинилась? Врать не понятно кому, обниматься не понятно с кем, не понятно ради чего… Или кого? Тихона? Это плата. Ну да, жизнь давно научила Соню тому, что ничего бесплатного нет. Даже за сыр в мышеловки порой нужно платить. Зимнюю порою, новогоднюю… Особенно!
— Я могу переодеться?
Собралась, повысила голос — да и всей позе вернула твердость. Пусть этот Роман никогда не узнает, как ей сейчас обидно, как она злится на судьбу за то, что первый парень и тот фиктивным будет. Еще если дома всплывет информация про весь этот фарс, будет перед отцом без вины виноватой.
— Да, конечно, — успел ляпнуть Роман в ту секунду, которую Соня набирала воздуха в грудь, чтобы сказать:
— Мой отец не должен об этом знать.
— О чем? — Роман всем видом показывал, что потерял нить разговора, который сам же и начал.
— О моей помощи тебе. Если он подумает, что я ему солгала про то, что первый раз тебя вижу, он больше никогда не будет мне доверять.
— А ты никогда не лжешь?
Роман и так выше, а тут еще голову вскинул — стоит тут, снисходительно смотрит на невольную гостью.
— Представь себе! — ляпнула Соня зло.
Его она прекрасно представляла в окружении девчонок. Эта фотография ему на один день, чтобы не было остановки между пунктом “Агатовка” и пунктом “Новая Агатовка”.
— Давай не врать тогда?
Чему он улыбается? Типа, передумал. Типа, ему жесть такая не нужна…
— Фотка, типа, отменяется? — Соня тоже вскинула голову.
— Нет. Ложь отменяется. Давай все по-серьезному, чего уж там…
Роман облокотился на бильярдный стол и стал чуть ниже ростом: Соне теперь не нужно было смотреть вверх, чтобы видеть его глаза. Не прищурены, он больше не смеется.
— Чего по-серьезному? — голос у Сони потух сам собой, точно на свечку дунули.
— Ничего…
Роман снова выпрямился, сделал шаг в сторону от стола и снова глянул на нее сверху вниз.
— Не надо быть такой серьезной в Новый год. Я пойду с Тихоном сфоткаюсь, он хоть улыбаться на фотке будет.
— И пошлешь фотку родителям? — зачем-то продолжила Соня этот дурацкий разговор.
— Почему бы и нет? Скажу, что друзья попросили присмотреть за сыном. Женю попросили… — добавил уже таким тоном, точно собирался показать язык.
Не показал, хотя весь его внешний вид показывал, что ее глупость его расстроила. Детский сад — это не про Тишку, это про его старшую сестру из ясельной группы.
— Мы тебя ждать не будем, мы голодные… — бросил Роман, схватившись за перила. — Крепко держись, смотри. Они скользкие.
Соня отвернулась, вдруг почувствовав на ресницах слезы — за что он ее так? За то, что просьбу не выполнила. За то, что из его шутки сделала слона, а была-то муха — прихлопнуть и растереть, проблема сама на морозе замерзнет. Выставила себя полной дурой, вот полной и по полной. Теперь он точно уверился, что она маленькая и никогда с парнями не общалась. Если, конечно, они не приходили в магазин за сигаретами, шоколадками и тем, что всегда лежит на кассе. Полный комплект для удачного свидания.
Соня зажмурилась — сильно-сильно, чтобы не выпустить слезы из глаз. Ну за что ей это? За что терпеть обиды от человека, о котором при других обстоятельствах можно было б только мечтать? И не в даче дело, не в машине и не в подарке Тихону — Роман красивый, просто красивый, и его фотку, вместо постера, можно на стенку вешать! Но без нее… Она ему на фотке не нужна. Ему нужно алиби для родителей, и будь на ее месте другая девушка, он бы, не задумываясь, предложил бы ей тот же спектакль. А если действительно придется ехать к его родителям?