Чёрное сердце
Громье рассказывал о деле четко и складно, так что через десять минут уже закончил, выдав нам всем по тонкой папке. Распахнув ее, я впилась глазами в содержимое, ощущая, как кровь приливает к щекам.
Громье не соврал. Дело было действительно важным. И очень кровавым. За месяц в Стиузе были убиты две юные девушки: Сьюзан Мернс и Лиана Докуорт. Первая – дочь сапожника, вторая – единственная наследница маркиза Докуорта.
И обе погибли в огне.
Я посмотрела на Кеву. Цвет лица Ламарт приближался к пепельному оттенку, а сама Кева застыла, невидящим взглядом уставившись куда-то вдаль. Папка лежала на ее коленях, раскрытая на втором листе, где описывался способ убийства.
Вернувшись к своим бумагам, я продолжила чтение. Неделю назад Лиана Докуорт была убита после бала в доме Роберта Мансарра. Девушка отпустила кучера и взяла наемный экипаж, который привез ее на окраину города. Дознаватели предположили, что там Лиана хотела встретиться с поклонником, но вместо этого сгорела в огне. Утром обнаружили ее обожженное тело.
Я пробежалась глазами по строчкам. Других следов не обнаружено… Погибла в результате болевого шока… На момент смерти была девственницей… Уровень огня: критический…
Заключение: преступник обладает стихийной магией Огня.
На второй день в центре города, в одном из переулков, было обнаружено тело двадцатилетней Сьюзан Мернс. Девушке перерезали горло. Она работала прислугой на том балу, и Дознаватели предположили, что бедняжка могла видеть или слышать что-то, что указывает на убийцу Лианы, за что и поплатилась жизнью.
Я сглотнула комок в горле и закрыла папку, прижав ее к себе. Остальные сделали то же самое, и Ричард, видя, что мы закончили чтение, спросил:
– Вопросы?
Я вздохнула.
– Нам хотелось бы взглянуть на места, где были найдены девушки. И переговорить с их родными.
– Позвольте, – вмешался Роберт Мансарр, – это все есть в отчетах. А другие вещи вас не интересуют?
– Какие вещи, господин Мансарр? – холодно спросила я.
– Например, список поклонников Лианы Докуорт. Она была красивой девушкой, и Дознаватели составили перечень тех, кто добивался ее расположения. Очевидно, кто-то из них и совершил это дьявольское преступление.
– Это вам очевидно, а мне хотелось бы оставаться непредвзятой, и составить личное мнение, не опираясь на суждения моих коллег, – спокойно возразила я. – При всем уважении, господин Мансарр, власть не имеет права вмешиваться в расследование.
Дядя Эдвард кашлянул, пряча улыбку, а глава города зло уставился на меня. Что же, мы с ним явно не подружимся.
Ричард Громье, молчавший на протяжении всего диалога, встал, опираясь на трость, и кивнул мне:
– Леди Баллард, прошу вас следовать за мной.
Обращение невольно резануло слух, и я еле скрыла гримасу. Марек, оказавшийся рядом со мной, наклонился и шепнул на ухо:
– Леди Баллард, ну надо же… Мне тебя теперь так называть?
– Только если разрешить звать себя лорд Крассен, – хмыкнула я.
– Ни за что, – отрезал он. – Оставь это моему кузену Чарльзу. Он, кстати, учится в Клеоре. Второй курс.
– Второй? – заинтересовалась я. Там же учится Амеллин Фострен, подруга Виринеи.
– Да. Некромантия.
– В роду Крассенов все некроманты?
– Почти. Моя кузина Дора, например, так слаба, что не может считаться полноценным некромантом. Ее не взяли в академию. Не прошла отбор.
– Очень жаль, – пробормотала я, заметив, что мы вышли на оживленную улочку.
Дядя Эдвард остался в гостинице, как и остальные мужчины. Кева держалась возле Логана, мы с Мареком шли позади всех, не спуская взгляда со спины Ричарда Громье. Перед зданием из крупного серого камня он остановился и любезно спросил:
– Предпочитаете пешую прогулку или конную?
– Конную, – быстро ответила я.
На лицах остальных читалось молчаливое одобрение, и мы гуськом вошли в здание. Нос мгновенно уловил запахи сена, свежескошенной травы и мускуса, тихое ржание доносилось со всех сторон. Не скрывая восторга, Кева ахнула:
– Какие красавцы!
И я была с ней согласна. Мне достался крупный черный конь с белой звездочкой на лбу и теплым взглядом влажных карих глаз. Поднеся ладонь к носу, я легонько погладила коня, ответившего мне ласковым ржанием.
– Это Дурман, – сообщил Ричард. – Лошади принадлежат управлению Дознавателей. Надеюсь, все умеют ездить верхом?
Кева смущенно потупилась, и виновато призналась:
– Я не умею.
– Не проблема. Кто-нибудь, возьмите ее с собой, – крикнул Ричард Мареку и Логану. Переглянувшись между собой, они кивнули, и огненный маг направился к Кеве, протягивая ей руку.
– А вы, леди Баллард? Не испытываете трудностей с лошадьми?
– Нет, – улыбнулась я. – Никаких трудностей, исключительно любовь и взаимопонимание.
До окраины города мы добрались быстро. Упиваясь прогулкой, я и не заметила, как высокие и величественные здания из ценного камня сменились лачугами и хлипкими домиками, стоящими впритык друг к другу, а мусора на улицах стало больше. На очередном перекрестке я увидела мальчика лет восьми – в грязной поношенной рубашке, с испачканным лицом, он хмуро проводил нас взглядом, прижимая к себе корзину с какими-то тряпками.
Стиуз открывался мне с новой стороны. При всем лоске центральной части города его окраины были просто ужасны. И здесь росла Кева? Я содрогнулась, мысленно пообещав себе переговорить об этом с Мансарром.
– Это здесь.
Ричард Громье остановил коня возле заброшенного дома. Некогда серые стены были обуглены, стекла в окнах отсутствовали, как и крыша. Внутри дома валялись разбитые остатки мебели и посуды, часть из вещей была сильно обгоревшей. Спешившись, я осторожно последовала за куратором, не удержавшись от вопроса:
– Пламя погасили местные жители?
– Мы предполагаем, что это сделал преступник. Дом стоит на отшибе, и Лиана умерла почти мгновенно, но кое-что внутри, разумеется, обгорело. Убедившись в ее смерти, убийца загасил огонь и скрылся.
– И соседи не видели пожара?
– В ближайших домах никто не живет, – отрезал Громье. – Некоторые видели огонь, но побоялись подходить ближе. Попрятались по углам и сидели тихо, как мыши.
– И вас устраивает такая обстановка в городе?
– Это не район преступников, леди Баллард. Это район бедняков. А что касается их благоустройства – все вопросы к господину Мансарру.
Резкий тон Громье дал мне понять, что он не желает беседовать на эту тему. Пожав плечами, я миролюбиво спросила:
– Где нашли тело?
– Вот здесь.