Придворные игры. Король моих мыслей 2
Я улыбалась её мыслям. Вокруг Сани кавалеры едва ли не хороводы водили, но она всё отказывалась от внимания, считая, что иначе обманет их. Ведь она бесприданница, связанная договором на несколько лет. Я только головой качала и безуспешно пыталась переубедить подругу. Как я её буду выдавать замуж, если у неё не будет никаких симпатий?
– К вам пришли, леди, – опираясь спиной на дверь будуара, оповестила Роза. Она не выходила, просто услышала шаги и ворчание Мари за стеной.
– Да? Я никого не жду, – озадаченно посмотрела на Олю, которая помогала мне переодеваться. Саня с иностранцами совершала моцион по парку.
– Его вы ждёте всегда, – ровно добавила Роза.
Я охнула и попросила степнячку передать, что скоро выйду, а сама поторопила и без того засуетившуюся Олю. Роза вернулась через минуту и вновь прислонилась к двери изнутри.
– Вас просили одеться удобно и неброско, – передала она просьбу Александра.
Озадаченная такой просьбой, я переглянулась с Олей, и мы принялись разоблачать меня. Изумрудное платье с турнюром никак нельзя было назвать «неброским».
Когда, наконец, я вышла в гостиную, Александр стоял у окна. Обернулся ко мне, и его глаза засияли, а я почему-то смутилась. Мой король быстро подошёл ко мне, поцеловал руку и, задержав мои пальцы в своей ладони, наклонился и прошептал мне на ухо:
– Давай от всех убежим.
Оказалось, отправив делегацию на прогулку и оставив на растерзание советникам вместо себя Эдварда, Александр окольными путями пробрался ко мне в покои и теперь, затаив дыхание, ждал ответа.
– Давай, – тихо, словно боясь, что нас могут услышать, ответила я.
Лицо Александра осветила шальная, совершенно мальчишеская улыбка. Только сейчас я обратила внимание на его наряд. Колет, который совершенно невыгодно «резал» плечи и заставлял их казаться уже, а талию, напротив, шире, простые брюки и невзрачные, чуть ношеные сапоги. Волосы Александр собрал в хвостик, приметную родинку над бровью запудрил, но нарисовал ей «сестру» возле носа. Мне тоже нужно так маскироваться?
«Нет, не думаю. Только лучше поменять причёску».
И Александр, усадив меня на стул, сам расплёл мне волосы и сделал вместо пышной башни замысловатую косу.
«Такие плетут отцы своим дочерям для защиты от злых духов. Или те, кто знает, тем, кого любят и хотят уберечь».
Я снова смутилась.
А потом мы сбегали из дворца. Нет, мы были не одни, Роза не оставила бы меня, ведь невозможно убежать от собственной тени. А за Александром следовали Николай и Святослав. Александр перед выходом обговорил с ними маршрут и условные знаки, так что теперь держалась наша охрана чуть поодаль, и мы забывали о них, представляя, что и вправду остались одни.
В центр города мы добирались на простом наёмном экипаже, и начинали смеяться каждый раз, как карета подскакивала на ухабах, заставляя и нас подпрыгивать на жёстких деревянных лавках. У дворцовых карет ход мягче, а сиденья обиты тканью, и всегда внутри есть подушечки, так что саму эту поездку можно было назвать приключением.
Потом мы гуляли по городу, но не по улице с дорогими магазинами и стеклянными витринами, а по простым торговым и жилым рядам, останавливались перед столами, на которых мелкие торговцы и местные рукодельницы предлагали свой товар.
Александр, заметив мой интерес, купил мне деревянную свистульку в форме птички, у другой лавки – чётки из каменных и деревянных бусин. Они не были ни ценными, ни сколько-нибудь дорогими, но меня заворожили разноцветные узоры-разводы на поделочных камнях.
В другом месте мы купили совершенно нелепый, смешной веер, дружно решив, что преподнесём его Тимофею для очередной его пассии. Хотя, зная шута, можно было предположить, что он и сам может появляться на людях с такой несуразной вещицей.
Потом мы просто гуляли, любовались клумбами, деревьями, вазонами и маленькими фонтанчиками, ажурными балкончиками, рассматривали одежду и поведение горожан, слушали их мысли. Александр покупал у торговцев то булочки, с повидлом мне и мясом для себя, то пряники, то орешки – засахаренные мне и солёные себе, и все эти угощения мы ели прямо на улице, присаживаясь на какой-нибудь лавочке, а иногда и вовсе на ходу.
Возле одного из фонтанов нам попался заплаканный малыш, который заблудился, и почти полчаса мы искали его маму. Александр купил мне и малышу по леденцу на палочке, и мы с ним, важно поглядывая друг на дружку, шагали, держась за руки, а во второй руке у нас было по конфете.
Радости взволнованных и напуганных родителей не было предела, но «для ума» малышу тут же отвесили оплеуху. Мальчишка не обиделся, напротив, вцепился в родительский рукав пуще прежнего. Горожанка принялась нас благодарить, хотела дать денег, но мы, убедившись, что с ребёнком всё хорошо, просто сбежали. В другом месте возле лавки с тканями Александр нахмурился.
«Этот торговец нечист на руку. Боюсь, скоро его ожидает посещение ревизоров», – ухмыльнулся Король и подал знак Николаю.
Другому торговцу Александр, наоборот, решил помочь и прислать ему выгодного заказчика.
Так мы и гуляли, весь день, почти до темноты. А после случайно встретили степняка-кожевника, который привечал нас с Розой. Заметив меня и степнячку, мужчина перешёл на нашу сторону улицы, тепло поздоровался, рассыпаясь в комплиментах, представился Александру и пригласил нас на ужин.
По какой-то причине Александр не стал отказываться, но предупредил, что с нами друзья. Закат мы встречали в саду уважаемого мастера, Роза сидела рядом со мной, с другой стороны Александр со своими воинами, а напротив кожевник с семьёй без умолку говорили и предлагали новые и новые блюда.
Мы расположились на подушках вокруг ковра, который заменил стол и был заставлен угощениями. Плов, который, к моему ужасу, нужно было кушать руками, пирожки, мясо, жаренное на открытом огне, на вертеле.
Я выбирала более привычные для себя блюда, а Александр чувствовал себя вполне комфортно и уверенно и, как ни в чём ни бывало, кушал плов, и с удовольствием макал кусочки мяса в острейший соус.
Когда хозяйка с дочерями подали десерт, Александр к нему почти не притронулся, с умилением глядя, как я пробую истекающие мёдом крошечные шарики из воздушного теста. Поддавшись общему настроению, я не стала просить салфетки, которых почему-то не было за столом, то есть, на ковре, и просто облизнулась, убирая мёд с губ.
Взгляд Александра потемнел, а когда один из сыновей мастера стал предлагать мне добавку, Александр обнял меня за плечи и притянул к себе. Юноша намёк понял и отошёл под укоризненным взглядом отца. Я улыбалась, глядя, как первые звёзды загораются на небе. Вскоре Роза убрала одну из сотни косичек за ухо, показывая, что у неё есть для меня сообщение.
«Твоя тень права, нам пора», – с сожалением подумал Александр. Я кивнула Розе, Его Величество дал знак своим стражам, и мы попрощались с хозяевами.