Твоя вина

Его глаза впились в мою обнаженную кожу, и Ник посмотрел на меня с желанием, отраженным в его взгляде, – темным желанием, питаемым расстоянием и временем, которые нас разделяли еще не так давно.
– Я бы занимался с тобой любовью всю ночь, – добавил он. Его руки замерли на моих трусиках.
Меня пробрала дрожь.
– Ты бы хотела подождать? – спросил он, хотя желание так горело в его небесно-голубых глазах. – Я бы отвез тебя в пентхаус, но, думаю, они будут тебя искать.
– Да, так и есть, ты прав… – сказала я, прикусив губу. Я никогда не делала этого с ним в таких обстоятельствах, но и ждать уже не хотела и не могла.
Ник впечатал меня в стену, и я почувствовала прикосновение его возбужденной плоти.
– Мы сделаем это быстро, никто нас не увидит, – заверил он меня тихо, не переставая целовать.
Я кивнула, пальцы Ника спустили мои трусики, и они упали на землю.
Я прикоснулась к галстуку Ника, потянула за узел и развязала его.
– Я хочу тебя рассмотреть, – сказала я, отстраняясь.
Ник нежно улыбнулся и чмокнул меня в кончик носа. Он держал меня за руки, а затем отпустил, и я обхватила его затылок.
Когда я чуть отстранилась, то молча наблюдала за ним и не двигалась, пока он расстегивал штаны. Секунду спустя я опять прижалась спиной к стене. Он сладко смотрел на меня, с расширенными зрачками, готовил безмолвным взглядом, передавал тысячу вещей.
Он поцеловал меня, а потом вошел. Несколько месяцев назад я начала принимать противозачаточные таблетки и была очень благодарна им – я чувствовала Ника по-настоящему, без барьеров. Из горла вырвался заглушенный крик, и Николас тут же закрыл мой рот ладонью.
– Нельзя шуметь, – предупредил он, сохраняя неподвижность.
Я кивнула в нервном напряжении. Он стал двигаться, сначала медленно, но постепенно ускоряя темп. Наслаждение начало расти во мне с каждым толчком. Наконец Ник оторвал ладонь от моего рта и погладил меня там, где я больше всего этого хотела.
– Ник…
– Подожди… – попросил он, крепко держа меня за бедра.
Я закрыла глаза, пытаясь сдержаться.
– Давай сделаем это вместе… – прошептал он мне на ухо.
Его зубы захватили мою нижнюю губу, он укусил меня, и удовольствие внутри меня возросло до такой степени, что уже не было сил сдерживаться. Ник поцелуем заглушил вырвавшийся наружу крик. Я сразу заметила, как он напрягся и зарычал, сопровождая меня в этом путешествии бесконечного удовольствия.
Я откинула голову назад, пытаясь контролировать дыхание, в то время как Николас продолжал крепко меня держать.
– Я люблю тебя, Ник, – сказала я, когда его глаза пристально впились в мое лицо.
– Мы с тобой не созданы для разлуки, – ответил он.
  
2. Ник 
Черт, как же я по ней скучал! Дни казались бесконечными, нечего и говорить о неделях. Пришлось изрядно потрудиться, чтобы мне позволили вернуться раньше, но оно того стоило.
– Ты в порядке? – спросил я, взволнованно дыша. Мы никогда не делали этого вот так, никогда. С Ноа я себя контролировал и относился к ней с должным уважением, но теперь не мог ждать. Как только я увидел ее, сразу захотел овладеть ей.
Наши взгляды встретились, и на ее личике появилась удивительная улыбка.
– Это было… – начала она, но я поцелуем помешал ей говорить. Я боялся того, что она может сказать, потерялся в сиюминутном желании. Она была потрясающей, как никогда, белоснежное платье Ноа сводило меня с ума.
– Я безумно тебя люблю, ты ведь знаешь? – спросил я, отстраняясь.
– Я люблю тебя больше, – ответила она, и только после этих слов я заметил, что у нее выступила кровь на губе.
– Я сделал тебе больно, – расстроился я, поглаживая ее рот и вытирая появившуюся капельку крови. Черт, я грубый урод. – Прости, Рыжая.
Она рассеянно закусила распухшую губу, глядя на меня.
– Это было как-то по-другому, – выпалила она секунду спустя.
Да, так и есть.
Я отошел и застегнул штаны. Чувствовал себя виноватым: с Ноа нужно заниматься сексом в кровати, а не у стены, будто ее насилуют.
– Что с тобой? – спросила она, озабоченно глядя на меня.
– Ничего, извини, – ответил я, снова целуя ее. Я опустил платье на ее бедра, сдерживая желание продолжить. – С днем рождения, – поздравил я, улыбаясь и доставая из кармана белую коробочку.
– Ты принес мне подарок? – взволнованно спросила она. Она такая милая и такая идеальная… Когда я просто смотрю на Ноа, у меня поднимается настроение, а случайно дотронувшись до нее, я завожусь, как мотоцикл.
– Не знаю, понравится ли тебе… – Я внезапно разнервничался.
Ее глаза широко раскрылись, когда она взглянула на коробочку.
– «Картье»? – Ноа изумленно заморгала. – Ты спятил, Ник?
Я нахмурился, ожидая, что она откроет коробочку. Когда она все же решилась, маленькое серебряное сердечко на цепочке сверкнуло в полумраке. Ноа просияла, и я облегченно выдохнул.
– Оно прекрасно! – восхитилась Ноа, прикоснувшись к подарку пальчиками.
– Теперь мое сердце будет с тобой везде, куда бы ты ни пошла, – сказал я, целуя ее в щеку. Это самая банальная вещь, которую я когда-либо говорил, но все вышло само собой. Ноа превращала меня во влюбленного идиота.
Она взглянула на меня, и я понял, что ее глаза стали мокрыми от слез.
– Я люблю тебя, а подарок мне очень нравится! – воскликнула она и поцеловала меня в губы.
Я улыбнулся и попросил повернуться, чтобы надеть на Ноа кулон. Платье обнажало шею, я не удержался и поцеловал девушку в затылок. Она вздрогнула и сделала глубокий вдох, задержав на мгновение дыхание.
Я застегнул замочек цепочки и молча любовался тем, как Ноа прихорашивается передо мной.
– Как я выгляжу? – спросила Ноа, глядя на меня исподлобья.
– Ты прекрасна, как всегда, – ответил я.
Но нам следовало возвращаться, и это было последнее, что я хотел сделать в тот момент. Я хотел провести наедине с Ноа всю ночь.
Хотя правда состояла в том, что я всегда хотел быть с ней наедине, но максимально жаждал этого именно в ту минуту: ведь мы очень долго не виделись.
– Мне идет? – невинно поинтересовалась она.
Я усмехнулся.
– Конечно, – сказал я, застегивая пуговицы на рубашке и поднимая галстук, лежащий на земле.
– Я помогу! – Ноа рассмеялась.
– Когда ты этому научилась? – уточнил я, зная, что она не справится с узлом. Когда я здесь жил, то всегда сам завязывал галстук.
– Я должна была научиться: ведь мой привлекательный парень променял меня на холостяцкую квартиру, – сказала она, затянув узел.