Друзья с привилегиями

– Можно? – слышу голос папы и стук в дверь.
– Можно, – переворачиваюсь набок, отложив книгу в сторону, и заглядываю в экран мобильного телефона.
А почему Вильям мне не пишет? Боже, я прямо как пятнадцатилетка: жду сообщения от того самого. Включите мне мозги, кто-нибудь…
– Пойдём погуляем? С Дейзи, – папа проходит в глубь комнаты и присаживается на край кровати.
– Ну, я вообще планировала полежать, почитать книжку…
На самом деле я не хочу гулять. Я хочу, чтобы Вильям скинул мне интересную картинку. А лучше фото. Себя. Без одежды.
– Сколько тебе лет? Лежать и читать книжки она хочет, – саркастически бросает папа, взяв в руки книгу. – Всё-таки до сих пор ведёшь тот кружок?
– Веду, – я сразу же чувствую прилив сил и, приподнявшись, сажусь на кровать в позу лотоса. – Вообще, это класс. Иногда я хожу в универ только для того, чтобы поставить очередную сценку. Или сбегаю с последних пар, чтобы успеть на репетицию… – мечтательно отвожу взгляд вверх, прикусив губу.
– Прогуливаешь? – папа недовольно нахмуривается.
– Упс. Проболталась, – встречаюсь с ним взглядом, и он широко улыбается.
– А напомни, в каком классе ты учишься? – папа облокачивается рукой на кровать, и она прогибается под тяжестью его тела.
– В последнем, скоро выпускной уже.
– О, значит, скоро поступление? Экзамены сдавать?
– Не дай Бог, – я презрительно морщусь, и через секунду слышу разливающийся по комнате басовитый смех.
Нежно улыбаюсь, разглядывая родное отцовское лицо. Замечаю в уголках глаз морщинки, образующиеся при широкой улыбке, и мне невольно становится тоскливо.
Вспоминаю маму, и на душе начинают скрести кошки. Она могла бы прожить ещё несколько десятков лет, но судьба – несправедливая штука, по какой-то причине решающая отнять у нас самых близких именно тогда, когда мы к этому больше всего не готовы. Опускаю глаза вниз, уткнув их в узор на постельном белье, и сминаю пальцами мягкую ткань.
– Пап, я по ней скучаю, – стараюсь не заплакать, сильно поджимая губы, и папа прикасается к моему плечу ладонью.
– Я тоже, детка, я тоже.
Подползаю к нему ближе, обвиваю его шею руками и утыкаюсь в мужскую шею носом, вобрав в грудь до боли знакомый запах. Папа обнимает меня крепко, опустив ладони на спину, и мне вмиг становится легче.
– Собирайся. Пойдем прогуляемся.
 
* * *
– Ой, посмотри, какой пёсик там бежит, – папа толкает меня под локоть, и я вытягиваю руку из-за стремления Дейзи познакомиться с другой собакой.
– Добрый вечер, – хозяин собаки подходит ближе, и я бросаю недолгий взгляд на его лицо. Симпатичный.
– Добрый, – папа просовывает руки в карманы, взглянув на играющих вместе собак. – У вас мальчик или девочка?
– Мальчик, – загадочно говорит парень, а я начинаю чувствовать его взгляд на себе.
– А у нас вот девочка.
Стою, внезапно почувствовав себя полной идиоткой, потому что мне на мгновение кажется, что речь тут вовсе не о собаках.
– Кажется, моему псу нравится ваша милая собачка, – парень смотрит на собак, а затем медленно находит глазами моё лицо, коротко двусмысленно улыбнувшись.
– Нашей милой собачке тоже нравится ваш пёсик, – игриво произносит папа и берёт меня под локоть. – Знаете, тут неподалёку есть одна хорошая игровая площадка для собак. Моя дочь с удовольствием проводит вас туда.
– Папа… – неловко улыбаюсь, закусив губу, но продолжаю чувствовать пристальный взгляд незнакомца на себе.
– Ты ведь приехала, чтобы погулять с собакой? Соскучилась по ней? – Понимаю, что спорить с папой сейчас бесполезно, поэтому устало согласно киваю. – Вот иди погуляй, – папа наклоняется к моему уху, шепотом добавив: – Развеешься и забудешь о своём Вильяме хоть на пару часов.
Коротко закатываю глаза и тяжело вздыхаю, а в следующее мгновение папа уже скрывается за поворотом, оставляя меня с незнакомым парнем наедине.
– Ты прости за отца, он иногда бывает слишком… – подбираю слова в голове, на секунду задумавшись, – активным, – улыбаюсь, наблюдая за тем, как незнакомец раздвигает губы в мягкой улыбке.
– Я и не против. – Раньше я почему-то не замечала, какой у него низкий и поэтому приятный тембр голоса. – Ну, что, значит, проводишь меня до площадки?
– Честно говоря, мне неловко в этом признаваться, но… – отвожу взгляд вниз, прикусив губу.
Честно говоря, мне не хочется гулять с тобой. Я постоянно думаю о том, почему Вильям не написал мне ни слова с тех самых пор, как я получила от него самое длинное сообщение в истории.
Три дня игнора – что я сделала не так?
– Я понятия не имею, где находится эта площадка. Я даже не уверена, что она существует.
– Понятно, – парень легко усмехается и широко улыбается, и я с блаженством рассматриваю красивую голливудскую улыбку. – Может, тогда просто пройдёмся? Я только вышел, Бруно любит долго гулять, – парень с воздыханием смотрит на своего пса, повалившего в данный момент Дейзи на мягкую траву.
Боже, какой же он милый. Но я не люблю милых парней.
Я люблю тех, кто может связать меня и заставить скулить от томительного, мучительного ожидания.
– Ну, я…
Хочу максимально аккуратно отшить его, и кажется, он это чувствует, но через секунду слышу звук уведомления и тут же утыкаюсь взглядом в экран мобильника. Вильям. Пробегаюсь взглядом по тексту и, дойдя до конца, нахмуриваюсь, вмиг помрачнев. Он молчал три дня, а теперь пишет это? Я понимаю, я не его девушка, но должно же быть хоть какое-то уважение ко мне как к человеку?
– А знаешь, я не против, – со злостью блокирую экран, вновь найдя глазами лицо парня. – Надеюсь, ты не маньяк, – мы продвигаемся дальше по аллее, и собаки бегут за нами.
– Я не маньяк.
– Это радует, – снова смотрю на его лицо, только уже сбоку, и вижу, как его губы расплываются в широкой улыбке.
– Чтобы ты так сильно не переживала, могу сказать тебе своё имя, – мы останавливаемся у конца аллеи, и парень разворачивается ко мне лицом. – Хочешь?
– А у меня есть выбор? – мягко улыбаюсь.
– Выбор есть всегда.
Мне почему-то западают в душу слова незнакомца, и он, как-то небрежно кинув в меня короткой улыбкой, подзывает Бруно.
– Ну, так что: выбираешь познакомиться с маньяком поближе или нет?
– Выбираю… – делаю вид, что задумалась, и в выражении лица парня мелькает едва заметная нотка паники. – Выбираю узнать маньяка немного получше.
– Даниэль, – мой маньяк протягивает руку, и я пожимаю её с некой опаской. – Скажешь, как зовут тебя?