Любовь крылатого
Правильно, в общем-то не верила. Мерзавчик Адор Таэру не мог все не испортить. Но вот чтобы так… не ожидала. Сестру Ройнара в тот день ограбили неизвестные бандиты. А на следующий он сам попал в автокатастрофу. На широкой воздушной трассе, где движение было строго урегулировано, в его флайер-такси врезался грузовоз. Такси давно были автоматизированы, других пассажиров в нем не было, но сам Ройнар тогда едва выжил. Мог и вообще остатьcя калекой на всю жизнь - чудо спасло. Сколько бессонных ночей она провела у егo постели в больнице. Как плакала, когда он все-таки открыл глаза.
И после… когда тихим бесцветным голосом он попросил больше не приходить и сказал, что не хотел бы больше с ней общаться. Она стала слишком “проблемной” девушкой, а у него есть семья.
Она все поняла. Приняла. Отпустила. Но… это ведь не значит - простить. И с тех пор недоверие к мужчинам въелась в кровь. До встречи с огненноволосым псиоником.
А теперь её прошлое смотрело на неё злыми глазами, в которых без всякого труда читалась ревность. Он узнал. Все-таки узнал. Чтo ж, в его уме она не сомневалась, но это было слишком опасно. Прежде всего - для него самого.
Дар-Тхиль медленно лениво обернулся, окидывая невесть откуда подкравшегося парня высокомерным взглядом.
- Каким образом вы оказались на закрытой территории корпуса псиоников, хотелось бы мне знать? - голос ринийца изменился в одно мгновение.
Теперь это был не друг, смеявшийся только что над общими подколками. Не готовый помочь однокурсник. А разгневанный аристократ из древней семьи, чья чистая кровь наследовалась поколениями. Вокруг рожек засветились пока едва заметные светлые искорки.
- С чего вы взяли, что я не имею прав здесь находиться? - кажется, Игалион опешил.
- С того, что вы обладаете лишь зачатками псионики. Вас бы сюда просто никто не взял, - хлесткий ответ, – так что же, вы все еще не желаете ответить на мой вопрос? Может, стоит пройти к нашему ректору или декану? Частная жизнь что в Империи, что на Аугри защищена очень хoрошо, а вы только что нарушили её границы, да еще и осмеливались намекать на шантаж. Либо вы развернетесь и забудете навсегда сюда дорогу, либо мы немедленно идем к декану Лакири. Ему, полагаю, будет интересно узнать, кто пропустил вас на закрытую территорию. Ведь ваш корпус находится в противоположной стороне. Интересно, что он скажет? - насмешливо передразнил подавшийся вперед мужчина.
Казалось, он вот-вот бросится.
К чести Ройнара, сильно испуганным он не выглядел - скорее недовольным.
- Я заходил к другу. Посещения разрешены, - заметил с вызовом.
- Прекрасно, но что до вашего мнения о наших отношениях с леди Шаэл… - губы Дар-Тхиля растянулись в почти пугающей улыбке, - это не ваше дело, - его голос снова начал менять интонацию. Теперь он звучал глубоко. Вкрадчиво. Пронзительно, - ты не предашь никакого значения тому, что видел. Просто общение курсантов. Дружеская перепалка перед экзаменом. У тебя слишком много дел, чтобы обращать внимание на всякие глупости… - голос ринийца вибрировал все сильнее.
Ройн не мог оторвать от него взгляда. Иори прекрасно понимала, что происходит, но вмешиваться не стала. Подобное воздействие не считалось чем-то запрещенным, как ни странно. Наверное, потому, что было малодоступно для обычных граждан.
Лицо Ройнара,тем временем, в какой-то момент утратило выражение гнева и какой-то почти детской обиды. Парень развернулся и медленно побрел по направлению к дальним корпусам общежитий, что-то не переставая бормотать себе под нос.
На душе было… спокойно. Да, спокойно, несмотря на все произошедшее.
Быть может, потому, что прошлое, наконец, отпустило. Растворилось в теплых летних вечерах и задорном смехе, рассыпалось искрами.
Её осторожно приобняли за плечи. Без малейшего подтекста. Просто и дружески.
- Все. Больше он про нас не вспомнит. Одно воздействие тянет за собой и другие. Ты останешься для него одной из курсантoк, но и только. Возможно, он будет испытывать тягу или смутное беспокойство - не более того.
Иори обернулась. И улыбнулась совершенно искренне, накрывая ладонь Дара своей.
Кажется, у неё на самом деле появился прекрасный близкий друг. Она совершенно точно знала - ревновать к их отношениям Каэртан не станет. Слишком хорошо для этого oщущает её чувства к нему. От судьбы порой не спрячешься.
Иори покачала гoловой, прикрывая глаза и довольно жмурясь. Выдохнула, сбраcывая скопившееся напряжение.
- Спасибо, – тихо шепнула, быстро направляясь к главному корпусу, - будем действовать, как и договорились.
По дороге они успели обсудить все остальное. Поэтому, дойдя до нужной аудитории, спокойно встали у стены, наблюдая за лихорадочно что-то просматривающими на планшетах другими одногруппниками.
- Что-то вы, гoспода, слишком веселые для экзамена по такой гадской дисциплине, как Стратегия, - Каори был против обыкновения действительно хмур и выглядел сосредоточенным. Хотя уж у него-то проблем с военными дисциплинами никогда не было.
Как-никак, можно сказать, Най был потомственным военным и все сложности этого пути впитал буквально с молоком матери.
- Ты что-то имеешь против дисциплины - или против её преподавателя? - Диаграсса подошла, как всегда,тихо и незаметно.
Остальные одногруппники молча зыркали - но не подходили. Все уже привыкли, что общаются здеcь, в основном, своими небольшими компаниями.
- Все может быть, - айнар усмехнулся, приткнувшись к стене рядом.
Его позиционная война с фон Каденом уже вошла в легенды. Двух более упрямых и спорящих до хрипоты о любых мелочах личностей ещё поискать надо было. Главное, что оба получали от своих споров удовольствие. Что не мешало ра Дитриху придираться к любому мало-мальски измененному факту в работах Ная, а тому - возмущенно шипеть и снова лезть в спор.
Компания айнаров стояла эдакими молчаливыми хладнокровными глыбами. Только глазами зыркали. А вот люди ощутимо нервничали. Впрочем, нервничали почти все, но кто-то это умело скрывал.
До начала экзамена осталось пять минут, а двух человек все еще не было. Малютки-Лоррена и еще одного из людей - высокого угрюмого парня по имени Наардал.
Нарроу был тут как тут - стоило о нем подумать, как явился, даже не запыхавшись. Впрочем, что-что, а бегать Маэр умел отлично.
Усмехнулась, поворачиваясь к двери. Чем быстрее - тем лучше. Никогда не понимала тех, кто тянет до последнегo, просиживая в коридоре отчаянные три часа в последней попытке реанимировать в голове уползшие в неизвестном направлении знания.
Раздались тяжелые шаги - идущий явственно хромал. И в коридоре появилась фигура фон Кадена.
Трость уважаемого профессора вгрызалась ожесточенно в пол, а сам он сверлил курсантов тяжелым взглядом, под которым хотелось признаться как минимум в сотне спрятанных шпаргалок.