Выход Силой

Тем не менее, информация, на единожды попавшего в поле зрения княжьих людей человека, продолжала исправно собираться и накапливаться. Как выяснилось, и не на Ормссона одного. Несколько сотен людей, дававших клятву верности князю, считались как бы резервом. Я, наивный алтайский юноша, голову ломал, где найти нужных специалистов. А эти старые махинаторы уже давным-давно все придумали и подготовили. И молчали, пока я не стал спрашивать.
Тридцать пять лет. Женат. Три дочери, самой старшей из которых - семь. Одаренный синего ранга. Родовой дар – прилипание. Когда Ормссоны того не желают, вырваться из их рук невозможно. Из старого рода – его предок пришел в княжество вместе со знаменитым Свенельдом, когда тот, окончательно рассорившись со старшим сыном погибшего конунга Свентъярфа, и потеряв сына в междоусобной стычке, возвратился с дружиной в княжество.
Четыре года в муниципальной полиции Берхольма. Уволен в чине лейтенанта службы собственной безопасности. Обзавелся разветвленными связями, уважением коллег за принципиальность и отвращение к коррупции, и микроскопической пенсией по ранению. Не без помощи моих воспитателей устроился на работу в стражу Лицея. Уже тут сделал стремительную карьеру – всего через год став начальником лицейской стражи. Честолюбив, но это я уже знал и без изучения присланных материалов.
- Работа не уходит на каникулы, ваша светлость, - чуточку улыбнулся на скрытый сарказм Ормссон. Понял, на что именно я хотел намекнуть: все нормальные люди с семьями праздник встречали, а он тут по кампусу катался. – Тем более, что датчики зафиксировали выход Силы. Так, кажется, это ваше упражнение называется?
- Выход силой, - поправил я. – Это называется «выход силой»… О «светлости» не спрашиваю. Мои руки светились… Упущение. На берегу тоже камеры установлены?
- Конечно, - кивнул тот. И, о Боги! Нет, мне это не показалось! В машине «зловещего колдуна» играла музыка! Кажется, что-то тяжелое, вроде хард-рока и на языке англов. Как-то не вязался образ сурового главы стражи с почитателем новомодных молодежных групп. – У меня здесь все под полным контролем. Надеюсь, вы знаете что делаете. Я имею в виду чудовище из реки.
- Змей? – фыркнул я и на хард и на «чудовище». – Тоже на это надеюсь. Впрочем, кому как не мне справляться с драконом?! Эти… Теледеятели. Они же требовали, чтоб княжество решило проблему.
- Они вас провоцировали, ваша светлость, - качнул головой меломан. – Это очевидно.
- Это очевидно даже для человека, не обладающего какими-нибудь специальными навыками, - охотно согласился я. – Но вы ведь не собираетесь делиться видео с другими… заинтересованными лицами?
- Естественно, ваша светлость. Записи уже уничтожены, а камеры возле старого причала отключены. Полагаю, эти манипуляции с монстром вам нужно будет повторить?
- Желательно ежедневно, - усилием воли удержал себя от кивка. А как еще избавляться от привычки использовать эти обезьяньи ужимки? – Надеюсь, вы действительно контролируете здесь все. Не хотелось бы, чтоб обо мне стало известно слишком многое до определенного момента.
- Можете на меня положиться, - коротко, по военному, клюнул носом Ормссон. – Сделаю все, что от меня зависит.
- Отлично. Кстати. Наш пленник заговорил? В первую очередь мне интересно, кто его послал, и что именно им удалось разнюхать.
- К сожалению, мой бывший водитель оказался не особенно полезным источником информации, - поморщился господин Ормссон. – Не профи. Считал сбор сведений о вас, ваша светлость, еще одним способом заработка, и не более того. Поэтому, не задумываясь, выдал своего нанимателя.
- Мне он показался более… крепким орешком, - удивился я. – Со мной он держался прямо-таки - вызывающе.
- Что еще ему оставалось делать, ваша светлость? Этот человек – профессиональный военный. Посчитал общение с, простите, подростком ниже своего достоинства. Со мной он говорил куда более почтительно.
- Итак, - отмахнулся я. – Что удалось выяснить? Что-то ведь удалось?
- Несомненно, - вроде бы даже с легким укором в голосе, похвастался главный стражник Лицея. – Основным заказчиком сведений о вас он назвал некоего человека, к которому следует обращаться «его высокопревосходительство». И, источник убежден, что это высокопоставленный чиновник из столицы.
- Не меньше сотни человек, - хмыкнул я. – Фамилии, или хотя бы род деятельности «Бубнилка» не называл?
- Нет. Я же и говорю: не профи. Профессиональный шпион в первую очередь озаботился бы сбором сведений о собственном нанимателе. Хотя бы для того, чтоб потом не оказаться в имперском суде с обвинением в государственной измене.
- Что-то еще? – поторопил я пустившегося в разглагольствования человека.
- Да, ваша светлость. Очерчен круг интересов неведомого пока нанимателя. И я, кстати, на сто процентов уверен, что из списка возможных кандидатов на страдающих излишним любопытством господ, можно смело исключить всех тех, чья должность, так или иначе, связана с деятельностью силовых ведомств империи.
- Объяснитесь.
- У каждого, и у военных, и у флота, и у МВД, не говоря уже о жандармах, есть собственные службы для сбора необходимой информации. Грубо говоря, с вашего разрешения: генералам нет нужды создавать собственную разведывательную сеть. Они всегда могут воспользоваться услугами чрезвычайно эффективной государственной машины.
- Логично, - согласился я, снова, до спазма в мышцах шеи, заставив себя не дергать головой. – Но несколько… странно. Некий чиновник высокого ранга вынужден организовать полупрофессиональную разведывательную службу с целью узнать некие сведения о ни чем не примечательном подростке из провинции?! Не находите это похожим на сюжет какого-нибудь дешевого сериала?
- Я с удовольствием удивился бы вместе с вами, ваша светлость, - пожал плечами Ормссон. – Если бы не знал, что именно интересовало этого чиновника в первую очередь.
- И что же это? – заинтересовался я.
- Меч, - цокнул языком мужчина, и внимательно уставился на меня, выискивая на лице какие-нибудь проявления эмоций. Но я и прежде умел их сдерживать, а после уроков Баженовой, и подавно.
- Не удивлен, - криво улыбнулся я спустя минуту раздумий. – Все хотят прикоснуться к легенде. Схватить волшебное оружие и стать Героем. А тем временем, в Вальхалле полно свободных мест…
- Значит ли это, ваша светлость, что легендарного меча в реальности не существует?
- Первый «Ульфберхт», меч-кладенец, Gramr* Сигурда… Понавыдумывали себе палочек-выручалочек, - продолжал я размышлять вслух. – Когда нет собственных сил, славно обзавестись колдовским мечом, и одним разом повергнуть всех врагов в прах…
/ Грам (др. скан.:Gramr) — согласно древнегерманской поэме «Песнь о Нибелунгах», волшебный меч Сигурда (Зигфрида), а прежде его отца — Сигмунда./
- Понятно, - кивнул Ормссон. – Еще одна легенда обернулась простой стариковской сказкой… Хотя, признаюсь, было бы любопытно хотя бы взглянуть на этакое-то чудо.