Волшебник

Также строится современная дорога от Иваново до Владимира и Ярославля, отвечающая всем требованиям безопасности.
Сейчас на месте будущего города работают архитекторы и планировщики, а строительные компании завозят технику, вагончики под будущее жильё, и готовят места для развёртывания мобильных бетонного и кирпичного заводов.
Киножурнал Новости дня 5 марта 1973 года.
Столь резкий поворот в политике СССР запланирован не был. Леонид Ильич вообще не любил резких движений и избегал их всеми способами. Это не значило что он не умел рубить, когда нужно, но старался всё решить миром, как и в случае с выводом войск из Германии.
К концу 1972 года, у СССР были войска на территории Польской Народной Республики — Северная группа войск (СГВ), С 1968 года Центральная группа войск (ЦГВ) — на территории Чехословакии, Южная группа войск (ЮГВ) —в Венгрии с 1956 и самая крупная группировка — Группа советских войск в Германии (ГСВГ) — на территории Германской Демократической Республики.
Были ещё военные группы на территории Монголии и Кубы, но там всё было куда сложнее и нужнее.
Поговорив с Виктором, Брежнев не мог не признать, что в общем парень прав, и войска в Европе держатся не на случай войны, а в основном, для того, чтобы стабилизировать правительства Соцстран. Но война прошла уже очень давно, и правительствам стран народной демократии уже пора бы озаботится собственной защитой.
Первоначально предполагалось вывести с территории Германии пары дивизий, и весь прилагающийся к ним арсенал включая склады, военные городки с гражданскими специалистами и всё прочее. Для группировки в четыреста тысяч человек, потеря тридцати — тридцати пяти тысяч цифра несущественная, поэтому Брежнев искренне полагал, что никаких проблем не будет. С Минобороны он договорился быстро. Имея в виду последующее уменьшение численности вооружённых сил до двух миллионов военные легко пошли на сокращение ГСВГ.
После принятия принципиального решения внутри Политбюро, пригласили американцев на разговор на уровне министров иностранных дел и министров обороны, чтобы под вывод войск выторговать у американцев различные преференции, но тут грохнула настоящая истерика со стороны руководителей компартий Соцстран. Они, словно получив команду «фас» приезжали в СССР группами и поодиночке, требуя не уменьшать контингенты советских войск, а увеличивать их. Кто требовал в полтора раза, кто вдвое, а кому и этого было мало. И все они были уверены, что СССР им просто по гроб жизни обязан. На мягкие увещевания и уговоры лидеры компартий и премьеры стран социализма, не реагировали, и тут уже напрягся советский политикум. Сначала это случилось с министром обороны Андреем Антоновичем Гречко. Он попробовал на совещании министров обороны стран Варшавского Договора, как-то решить вопрос миром, и предложил руководителям стран увеличить размеры своих армий, до необходимого им количества. Военную технику, оружие и боеприпасы СССР обещал продать по себестоимости, плюс транспортные расходы. В ответ услышал разговоры о ревизионизме, захлестнувшем КПСС, и о возвращении Сталинских методов управления.
Взрывался Гречко практически беззвучно. Ни дрогнув ни одной жилкой, он внимательно выслушал всех выступавших, собрал документы со стола, и покинул зал, уведя всех советских военных с совещания.
Следующим по списку был министр иностранных дел Громыко. Андрей Андреевич, собрал совещание министров соцстран в Праге, и попытался донести позицию СССР по вопросам вооружений и армий, объясняя, что если страны содружества желают военной защиты, то им стоит решить этот вопрос внутри страны, а не за счёт СССР, где уровень жизни и так ниже чем в Соцстранах. И что речь не идёт о полном выводе войск, и что в целом, безопасность станет выше, так как американцы тоже уменьшат количество своих солдат в Европе… Никто из министров внутренних дел не желал ничего слушать. Со словами: — «Андрей Антонович был прав», Громыко встал, застегнул пиджак, и покинул совещание, и через сорок минут, самолёт с советской делегацией уже был в воздухе.
Поэтому на саммит с американцами, привезли три варианта предложений. Пробное сокращение контингентов СССР и США, на две дивизии. Второй вариант предполагал серьёзное сокращение танковых сил СССР в ответ на сокращение ракет «Першинг» в Европе.
Никсон, который совсем не был дураком сразу понял, что у Советов есть и третий вариант, и сразу вывел разговор в кулуары, где кроме руководителей двух стран были лишь переводчики.
— Леонид, я хочу сразу поблагодарить вас, за предупреждение насчёт Уотергейта. Этот чёртов скандал мог стоить мне головы.
Брежнев усмехнулся.
— Мы считаем, что лучше разговаривать с умным врагом, чем с враждебным дураком.
— Отличные слова! — Никсон рассмеялся. — Я обязательно расскажу их, когда приеду домой. — Но я не затем решил вытащить вас из-за стола. Я же вижу, что у вас ещё пара козырей в кармане. Не хотите похвастать?
— Отчего же. — Брежнев кивнул. — Это можно. Я предлагаю полный вывод всех войск СССР с территории Европейских стран. — Вывод вместе со складами, гражданской инфраструктурой, и всем имуществом, включая узлы связи.
— Это… сильно. — Никсон словно боясь спугнуть, медленно покачал головой. — И за это мы…
— Уберёте всё атомное оружие США с территории Европы, выведете базовую инфраструктуру включая крупные американские военные базы. Разведку, включая радиоразведку, и ПВО можете оставить. Это условие для вас. А будут ещё условия для европейцев.
— А от них вы что хотите? — Никсон поднял брови. — Разоружения?
— Зачем? — Брежнев улыбнулся. — Каждая страна вольна делать на своей территории, всё, что посчитает нужным для собственной безопасности. Но вот жильё и военные городки для выводимых войск и гражданских специалистов пусть для нас построят. Иначе сроки вывода затянутся многократно. Мы не будем выводить армию в полевые лагеря. У нас не Африка, и зимой бывает весьма прохладно.
— Законно, и разумно. — Никсон кивнул.
— А ещё мы бы хотели провернуть небольшую сделку, которая нам всем пойдёт на пользу.
— Сделку? — Никсон усмехнулся.
— Сделку. — Брежнев кивнул. — Я хочу пять заводов. Двигателей, электромоторов, станочное производство, оптический завод, и завод по синтезу полимеров. Всё современное на уровне строящихся сейчас производств.
— Я боюсь, что это будет невозможно…
— Ну, господин Никсон. — Брежнев усмехнулся. — Ваши друзья промышленники будут совсем не против этой сделки. Ведь мы заплатим золотом. Физическим металлом, и высоколиквидными долговыми обязательствами ФРС. Это конечно не слитки, но не слишком далеко от них. А можем рассчитаться нефтью. Это может быть довольно большой контракт. Завод штука не дешёвая.
— Золото, пожалуй, более интересно. — Никсон кивнул.
Летя на борту номер один, Никсон размышлял как резко изменилась политика СССР по многим вопросам, и насколько это для него удачно.