Когда рассеется тьма

– У меня не было твоего телефона.
– Антонина что-то хочет рассказать тебе про Юлия?
– У нее ноутбук Юлия Семеныча, я хочу его забрать.
– Звони, когда будет время и желание. Я тебе всегда рада.
– Да, конечно, – согласно кивнула Агата и вежливо добавила: – Спасибо.
Времени до встречи с Антониной Александровной было еще много. Агата опять постояла у окна, пока солнце не скрылось за набежавшим облачком, потом посидела в кресле, просматривая социальные сети.
А потом сидела просто так, пытаясь восстановить в памяти все, о чем разговаривала с Юлием Семеновичем в последние дни.
Пыталась найти хоть что-то необычное, подозрительное и не смогла.
* * *
С бульвара Павел свернул в переулки, быстро пошел вдоль старых капитальных домов, радуясь, что прохожих мало и идти можно быстро. Злость постепенно уходила, минут через десять он начал дышать спокойно.
Возвращаться домой пешком не стал, повернул назад, к метро. Потом зачем-то взял влево и опять вышел к пруду, к тому месту, где оставил мать. Остановился у тротуара, отсюда лавочка, на которой мать сидела, была хорошо видна. На лавке обнималась молодая пара.
Павел достал сигарету, закурил. Сделав несколько затяжек, обернулся в поисках урны и прямо перед собой увидел надпись «Липка».
Урна была рядом со входом в «Липку». Павел бросил окурок, покрутил головой. Пожалуй, с лавки, где сейчас сидела пара, надпись была видна.
Мать уверенно шла именно к этой лавочке…
Павел открыл дверь кафе, зашел внутрь. Помещение было крошечным, только стойка и несколько столиков. За одним из столиков сидел единственный посетитель. То есть посетительница. Девушка лет двадцати сосредоточенно била по клавишам ноутбука.
Стоя за стойкой, молодой парень с красивыми восточными глазами вопросительно смотрел на Павла.
– Мне нужна запись с камер за шестнадцатое мая. – Павел полез в бумажник, радуясь, что имеет кучу наличных. Достал пятитысячную купюру, протянул парню.
– С каких камер? – спокойно спросил молодой человек. Покосился на купюру и снова посмотрел на парня.
– Черт возьми! Откуда я знаю! У вас должны быть камеры наблюдения. Я хочу записи со всех! – Павел положил купюру перед парнем и снова полез в бумажник.
Достать следующую купюру он не успел, буфетчик решительно подвинул к нему первую.
– Недавно менты спрашивали записи за шестнадцатое, – задумчиво поделился он.
– Мне нужны те, что взяли менты, – кивнул Павел. Парень молчал и пришлось объяснить: – У меня убили родственника. Он заходил в ваше кафе. Я заплачу любую сумму.
Восточные глаза смотрели со спокойным любопытством.
– Помогите мне. Пожалуйста.
Хлопнула дверь, единственная посетительница ушла.
К середине дня здесь отбоя не будет от посетителей.
– Этот человек мне очень дорог. – Павел не помнил, чтобы когда-то чувствовал себя просителем. Быть просителем у него получалось плохо. – Я хочу найти убийцу.
Буфетчик посмотрел на дверь, потом почему-то на потолок и молча ушел за стойку. Вернулся он через пару минут, положил на продолжавшую лежать на стойке купюру флешку и подвинул купюру с флешкой Павлу.
Дверь снова хлопнула, вошел пожилой мужчина, остановился у Павла за спиной.
– Флешка стоит денег, – запротестовал Павел.
Восточные глаза его проигнорировали, парень занялся пожилым посетителем.
Павел сжал флешку вместе с купюрой, сунул в карман.
– Спасибо.
Парень коротко кивнул, укладывая в бумажный пакет круассаны.
Павел вышел на улицу, снова посмотрел на стоящую под кустами лавку. Лавка была пуста.
Народу было немного не только на улицах, в метро тоже. То ли оттого, что он редко ездил в городском транспорте, то ли оттого, что пассажиров почти не было, метро Павлу показалось новым, незнакомым. Как будто он вернулся сюда после долгой отлучки.
Садиться он не захотел, встал у закрывшейся двери. В отражении дверного стекла показался себе совсем толстым, почти уродливым.
Начать бегать по утрам, что ли?..
Двери открылись, Павел подался в сторону, пропуская желающих выйти из вагона, прижался спиной к поручню. Нетерпеливо ждал, когда поезд подойдет к его станции. Потом быстро дошел до дома, чмокнул подбежавшую Ксению и вставил флешку в компьютер.
 
Полицейский не обманул, Юлий зашел в кафе не дольше, чем на минуту.
Камера была установлена грамотно, охватывала почти весь зал. Юлий подошел к стойке, купил две маленькие бутылки минералки. Снова направился к двери.
Шел он не быстро и не медленно. Не похоже, что нервничал или был чем-то сильно обеспокоен.
Впрочем, Павел не припоминал, чтобы Юлий когда-нибудь вел себя несдержанно.
Павел остановил изображение, вгляделся в лицо дяди. Смотреть на него сверху было непривычно.
– Павел… – позвала Ксения.
Павел закрыл ноутбук и повернулся к жене.
– Хочешь, купим загородный дом? – неожиданно спросил он.
Ксения опешила, засмеялась.
– Если тебе хочется, давай купим, – она прижалась к нему сзади, он поцеловал ей руку.
Мать из подозреваемых смело можно исключить. Матери невыгодно травить брата, она умело тянула из него деньги. С Павлом этот фокус не пройдет.
* * *
Открыть ноутбук хотелось еще в метро, но Агата себя сдержала, дождалась, когда поднимется в квартиру. Боялась, что компьютер защищен паролем, но обошлось, Юлий Семенович излишней подозрительностью не страдал, пароль не потребовался.
В компьютере было много технических текстов и файлов с графиками, диаграммами, схемами. Фотографий мало: Юлий Семенович с какими-то людьми в деловой обстановке. На некоторых присутствовала Антонина Александровна. Еще был снимок студенческой группы более чем десятилетней давности. Такие фотографии обычно делаются для выпускников на память, у Агаты была похожая. Под овальным портретом каждого из студентов имя и фамилия, а наверху всего листа номер группы и год выпуска.
Девушек в группе было немного, Агата внимательно их рассмотрела. Девушки были самые обычные и вполне могли сойти за студенток Агатиного выпуска.
Письма в почте Юлия Семеновича обнаружились только деловые. Агата просмотрела те, которые были написаны в последние два месяца. Зацепиться было не за что, ничего, кроме технических проблем, Юлий Семенович в письмах не обсуждал.
Агата вставила в компьютер флешку, чтобы переписать содержимое памяти, и позвонила Павлу.
Она правильно угадала, Павел приехал немедленно.
– Сунула нос в комп? – усмехнулся он, когда она открыла ему дверь.
– Сунула, – засмеялась Агата.
Что-то с ней случилось после смерти Юлия Семеновича. Кирилл стал казаться чужим, а Павел, которого она почти не знала, близким.
– Ну и как?
– Никак.
Он критически осмотрел ее жилье и вздохнул.
Агата своего жилья не стыдилась. Конечно, собственную квартиру она бы сделала более уютной, но и здесь было аккуратно и чисто.
– Переехала бы ты к Юлию. Говорю же тебе, квартира будет пустовать.
– Не перееду.
– Ну и дурочка.
Он сунул ноутбук в сумку и остановился перед Агатой.
– Как зовут твоего парня?
– Какого? – прекрасно поняв, кого родственник имеет в виду, насупилась Агата.
– Кончай! Как его зовут?
– Кирилл.
– Фамилия?
– Морошкин, – вздохнула Агата и зачем-то призналась: – Я с ним рассталась.
– Правильно сделала, – отчего-то похвалил Павел.
– Почему?
– Не нравится он мне, – подумав, серьезно ответил родственник.
– Почему?
– Черт его знает. – Павел помолчал. – Как ты с ним познакомилась?
– Случайно, – внезапно Агате расхотелось отвечать. – Правда случайно. В кафе.
Павел внимательно на нее посмотрел, хотел еще что-то узнать, но ничего не спросил. Как будто почувствовал, что допрос ей надоел.
– Про похороны помнишь?
– Помню, – удивилась Агата.
С чего бы ей забыть? Она еще не дожила до склероза.