Зимнее чудо для босса (СИ)

Это что еще за вид пытки? Мне так не нравится! Сузила глаза, попыталась подтянуться на мужских плечах, чтобы поцеловать Никиту, но он весело покачал головой.
— Сам поцелую. Только спрошу еще раз. Уже нормально спрошу, – добавил он уже без тени веселья. — Надя, ты выйдешь за меня замуж?
Я не стала брать трагические, драматические и прочие паузы. А то передумает еще, и просто ответила:
— Выйду.
И Никита поцеловал меня. Именно так, как надо после предложения и полученного согласия. Мягко, но настойчиво прижался своими губами к моим, согрел своим дыханием, и мы оба утонули в этой ласке, стоя посреди тихого сада, укрытого снегом.
Кажется, я хотела повстречаться, подождать, притереться. А еще завоевывать Никиту планировала, а он как обычно меня переиграл. Замуж… замуж, так замуж. Он любит, я люблю, успеем притереться, подстроиться друг под друга, все у нас будет.
Как же я счастлива!
— За кольцом вместе съездим, выберешь любое. Я не особо в этом разбираюсь, – сказал Никита, оторвавшись от меня. А затем снова поцеловал с тихим стоном, будто не в силах удержаться.
И повел обратно. К дому.
Я шла, держа его за руку, и едва не подпрыгивала. Как девчонка. Плевать, даже если в доме меня встретят обстрелом, или оскорблениями, или истерикой. Мне предложение сейчас сделали! Кажется, я думала, что не особо все романтично? Ха, да это самый романтичный момент в моей жизни был, и я бы ни на что иное его не променяла!
Вы вошли в дом, тихо посмеиваясь, переглядываясь, как влюбленные подростки. Разделась я сама, хотя Никита все тянул ко мне руки с желанием помочь. Я отбивалась. Слишком разгорячена я всем произошедшим. Начнет раздевать, и я сама утащу его в спальню, наплевав на все остальное.
— … синенькая разбитая, – услышала я расстроенный голосок Лизы, — а красненькие все целые. Ой, еще звезда есть. Пы-ы-ыльная! – неодобрительно добавила моя малышка.
— К осколкам не прикасайся, а то порежешься, – строго произнес Борис Ефимович.
Мы с Ником переглянулись, пожали плечами, и поспешили на голоса. Осколки, синенькие и красненькие… Лида что, посуду побила?!
Но нет. Вошли мы в небольшую гостиную. На столе несколько коробок, в которых деловито роются Борис Ефимович с Лизой, достают вату и елочные украшения. Рядом, на полу, лежит разобранная елка печального вида, а на диване сидит Ольга Андреевна.
Я оглядела комнату, но истеричной Лиды так и не нашла.
— Лидочку я отвела наверх, и уложила отдохнуть. У девочки стресс, – процедила она.
— А мы елку будем наряжать! – радостно произнесла Лиза, разглядывая нас с Никитой. — Мам, классно же? И игрушек столько, только некоторые побились. Жалко.
Взгляд Ольги Андреевны потеплел, она даже улыбнулась, а затем взяла себя в руки и снова сделала вид, что в гостиной она одна.
— А вы что такие довольные? – хмыкнул Борис Ефимович. — Хм, интересненько. Хорошо погуляли, детки, да? Никита, иди елку собери, ребенок хочет праздник!
— Мы планировали уеха…
— Останемся, – перебила я Никиту, и ущипнула его. — Давай попытаемся все наладить, – шепнула, и мужчина кивнул.
— Елка, так елка, – хмыкнул, подошел к частям зеленой красавицы, и начал примеряться что и куда вставлять.
— А вы гуляли, да? А меня почему не взяли? – Лиза на секунду обиделась, а затем снова улыбнулась. — Где были?
— Да, детки, где вы были? – поддакнул Борис Ефимович очень уж веселым голосом.
Я рассмеялась, вспомнив его предсказание. И правда, талант к предсказаниям у человека. Не иначе как «Мартель» пять звезд, который шеф регулярно «капал в кофе» весьма помогает в открытии третьего глаза.
Никита обернулся ко мне, и вопросительно взглянул на меня, а я кивнула. Лизу опасаться не стоит, она не подросток, который может устроить истерику по поводу нового папы. Борис Ефимович тоже на нашей стороне, а Ольга Андреевна… смирится, куда она денется. Главное, что Лиды здесь нет.
— Я сделал Наде предложение, и она согласилась, – довольно произнес Никита, выпрямившись, и оставив на этот момент разобранную елку. — Скоро она станет моей женой.
   
ГЛАВА 17
 
— Я рад, сын. За вас обоих. Поздравляю, – довольно произнес Борис Ефимович.
Он подошел к Никите, пожал ему руку, а затем хлопнул по плечу с еще более радостной улыбкой. Обернулся ко мне, и раскинул руки:
— Обнимемся, дочка?
— Отец, – шутливо рыкнул Никита, — тебе есть, кого обнимать. А мою женщину мне оставь.
Все понимали, что это шутка. Я, смущаясь, подошла к Борису Ефимовичу, и позволила себя обнять. Ух, вот в возрасте мужик, а обнимает как медведь. Сегодня день такой – крепких мужских объятий. То не дождешься от них нежностей, то как с цепи срываются.
Ольга Андреевна молчала. Долго молчала. Я обернулась к Лизе, которая восторженно смотрела на происходящее, и едва ли что-то понимала. Нужно с малой поговорить, объяснить ей все. Не только моя жизнь меняется безвозвратно, но и ее тоже.
Но Ольга Андреевна очнулась.
— Боже, – прошептала она. — Никита, это же…
— Мам, я люблю тебя, – с нажимом произнес Ник, — но хорошенько подумай о том, что хочешь сказать. Скандалить, оскорблять мою невесту и ставить под сомнение свой выбор я не позволю. Если не готова поздравить – лучше молчи.
Женщина тяжело сглотнула. Сидит на диване, спина уже не прямая как у леди, чуть сгорбилась. В глазах растерянность, как у ребенка, который просил у Деда Мороза веселого щенка, а получил в итоге пластмассовую игрушечную собаку.
— Поздравляю, – холодно сказала Ольга Андреевна, собравшись с силами.
Коротко взглянула на Никиту, затем на меня. Уже не коротко. Женщина может многое выразить взглядом, и прочесть по взгляду многое может. Я вот прочла, и вердикт увидела: недостойна. Ни Никиты я недостойна, ни семьи этой. Простовата, с ребенком, и вообще чуть ли не с улицы.
Ну и плевать.
Отношения я постараюсь наладить, но и заискивать не стану. Хоть Сергей и не стал мне настоящим мужем-каменной стеной, в браке я научилась многому. А самое главное, что я вынесла – всем не угодишь, как ни старайся. А если пытаешься всеми силами заслужить любовь, то максимум что получаешь – снисходительное презрение. Так с мамой Сергея было, которая также считала, что ее сын мог жениться на Мисс Вселенная, а не на какой-то Наде.
Все же, свекровь – не семья. Семья – это Никита и Лиза, главное, что они у меня есть.
Я расправила плечи, и мягко улыбнулась Ольге Андреевне. Она сузила глаза, и чуть ли не зашипела. Видимо, стервой меня считает вдобавок ко всему. Ну что ж, надеюсь, со временем мы наладим отношения.
— А свадьба-то когда? Не советую долго женихаться, – бросил Борис Ефимович.
— А я советую подождать. Куда спешить? – фыркнула Ольга Андреевна.
— Мы с Надей сообщим, когда свадьба. Ну что, веснушка, оставишь на пару минут игрушки? – Никита погладил Лизу по волнистым волосам. — Нам с твоей мамой нужно кое-что тебе сказать.
Лиза вдруг смутилась. Подняла голову на Никиту, затем на меня посмотрела, и никакого потока вопросов, как обычно. Видимо, слишком много событий произошло, мой бедный ребенок совсем запутался.
— Лиз, новость тебе понравится, – я наклонилась, и чмокнула свою малышку в веснушчатый носик.
Лиза взяла меня за руку, и мы пошли на кухню. Втроем. Я, Лиза и Никита.
Ох, неужели мы и правда с ним поженимся? Будем засыпать вместе, просыпаться, завтракать, ужинать, планировать выходные и путешествия. Жизнь строить вместе. Правда? С этим мужчиной?
Внутри разлилось искрящееся пузырьками счастье.
Я много раз твердила себе, что с Никитой у нас всего лишь роман. Так, ничего серьезного. И звона свадебных колоколов я не слышала… Хм, в общем-то, я себе лгала.
В глубине души, не признаваясь самой себе, я представляла нашу жизнь с Никитой. Хрупко и тайно мечтала о нашей с ним семье. Представляла, как мы гуляем – он, я, Лиза, и совсем маленькие, с крепкими ручками и ножками, темноволосые мальчик и девочка, очень похожие на своего папу. Никита улыбался мне в моих мечтах, шептал на ухо, что любит. И меня, и детей. А на наших пальцах были обручальные кольца.