Мой непокорный вампир
Ничто, кроме его характера.
Увы, о характере Светика в универе знали так же хорошо, как до этого в школе. Новость о том, что тихий ботаник живет в отдельной квартире и имеет приличные денег распространилась по универу лесным пожаром, даже несмотря на летние каникулы.
И уже спустя неделю после переезда в дверь Светика постучали.
Никто из соседей точно не знал, как дальше складывалась судьба Светика. Но все знали, что парнишка с седьмого этажа — хоть и тихий, но наркоман. Потихоньку Светик вынес из квартиры всю заботливо прикупленную братом обстановку — наркотой приходилось делиться с дружками, а им всегда было мало. К счастью, квартиру Николай оформил на себя — так что черным риелторам, повадившимся одно время навещать Светика, пришлось уйти ни с чем.
Несколько раз особо сердобольные соседи пытались звонить Николаю, но тот, уяснив суть звонка, молча бросал трубку и добавлял номер звонившего в черный список — спасать брата ему было недосуг, его собственная карьера развивалась стремительно, жена и любовница регулярно рожали детишек, две тещи, законная и незаконная, одинаково требовали внимания, не говоря уже о постоянных деловых поездках на другой край света. Однако, следить за счетом брата и регулярно подкидывать туда денег это ему не мешало.
Так и жил Светик, тихо, но неотвратно приближая смерть.
И именно в его дверь я сейчас звонила, без стеснения терзая звонок посреди ночи. Светику всегда были нужны деньги. Светик никогда не отказывался помочь. Этих двух фактов для меня сейчас было достаточно.
Дверь долго не открывали — но не потому, что хозяин спал. Судя по шуму, в квартире шла очередная веселая тусовка, и звонок было плохо слышно. Я на удачу толкнула дверь — так и есть, не заперто.
Внутри стоял такой аромат, что я рассмеялась, вспомнив свои попытки забить запах несвежего тела духами. Запах множества грязных людей, гниющих отходов и перегара сверху, как слой шоколада конфету, покрывал густой дым, сигаретный и не только. А судя по лицам большинства гостей, в том мире, где они сейчас находились, их беспокоили совершенно другие вещи.
Пробившись сквозь толпу в кухню, я решительно открыла дверь. Так и есть, Светик, как всегда, сидит на маленьком кухонном диванчике, грязном настолько, что угадать исходный цвет было невозможно, и читает какую-то книгу. Смартфона у Светика не было — точнее, он был, и даже не один — но не оставался в его руках дольше недели. А вот книги Светик мешками таскал из разных точек бук кроссинга, и нырял в них с головой, стараясь хоть не надолго покинуть ужасающую реальность.
— Светик! — решительно заявила я с порога, — Нужна твоя помощь, дам бабла сколько скажешь!
Без лишних вопросов Светик отложил книгу, аккуратно вложив закладку, закинул книгу на самый верх холодильника и подошел ко мне. Взяв его за руку, чтоб не потерялся в толпе, я быстро двинулась обратно.
Все происходило так стремительно, что я не особо продумала свой план. Так что просто втолкнула ошарашенного пятнами крови на полу парня в квартиру и закрыла дверь на ключ. Ключ демонстративно положила в карман и повернулась к еще более бледному, чем обычно, нарику.
— Так. У меня тут раненый вампир. Ему нужна твоя кровь. Будет немного больно, но ты не умрешь. Денег у меня около ста штук, все твои, как закончишь.
Я старательно говорила деловым тоном, стараясь успокоить Светика. Обычная сделка, солидная оплата. Растерянный парнишка несколько секунд смотрел мне в глаза, но когда я громко и четко повторила сумму, его взгляд прояснился, он кивнул и протянул мне руку.
Первым делом я уложила вампира посреди кровати на спину, стараясь не смотреть на его ужасные раны. Затем усадила Светика у его головы и аккуратно надрезала вену на запястье самым острым ножиком, какой смогла найти. Кровь тонкой струйкой побежала по губам вампира, я пальцами разжала челюсти и плотно прижала разрез ко рту.
Теперь оставалось только молиться вампирьим богам. Чтобы не трястись, глядя на вампира и каждую секунду прислушиваясь к его пульсу, я оставила мужчин наедине, а сама пошла сделать кофе. Нормальный латте для себя, и супер-крепкий тройной эспрессо с кучей сахара — для донора.
Когда я уже заканчивала размешивать свой кофе, до меня донесся испуганный вскрик Светика. Я рванула в комнату, и застала там картину, которая умилила меня до слез. Абсолютно зеленый нарик полулежал на кровати, пытаясь сползти еще ниже, но этому мешал вампир, крепкой рукой прижимающий руку донора к своему рту.
— Влад! Не прибей нарика, он добровольный донор!
Вампир на миг замер, оценивая состояние Светика, сделал еще несколько больших глотков, лизнул руку и отстранился. Светик упал и потерял сознание.
— Будет жить, гарантирую, — негромко произнес вампир, и как же я была счастлива слышать его голос!
Я подошла и аккуратно обняла его — вампир все еще довольно нетвердо сидел, до полного выздоровления было далеко — и прошептала ему в ухо, страстно и сладко:
— Я спасла твою кровососущую задницу, надеюсь, ты это ценишь.
— Нам надо бежать.
От этой короткой фразы на меня повеяло ужасом. Когда такой мужчина, как Влад, не боящийся никого и ничего, собирается бежать — значит, те, от кого он бежит, представляют реальную угрозу. Его жизни — и моей.
— Они наверняка проследили за мной сюда. Сколько времени прошло? — Он замер, словно прислушиваясь к чему-то, что мне недоступно. — Если их все еще нет — значит, они собирают силы. Чем дольше мы здесь — тем меньше у нас шансов уйти. Но сначала…
Вампир кивнул на Светика, приходившего в себя. Я пихнула парня в плечо, затем похлопала по щекам — тот открыл глаза. Я подошла к нему ближе и медленно произнесла:
— Деньги сейчас не бери, твоя туса их растащит мигом. Оставляю в шкафу, где всегда. Зайдешь не раньше, чем через пару дней. Понял? Кивни!
Светик кивнул, словно зачарованный. Я тоже кивнула, аккуратно подняла его и быстренько отвела до его двери, впихнув по дороге в руки стакан-непроливайку с кофе. Судя по музыке, отсутствия хозяина никто и не заметил.
Вернувшись к себе, я застала вампира за странным и довольно мерзким занятием. Вооружившись моим маленьким ножиком, он выковыривал из раны на бедре дробь. Рядом на тумбочке уже лежали несколько смятых кусочков свинца и кучка мелких серебристых шариков. Со вздохом вампир сделал последний надрез, достал дробинку и без сил растянулся на кровати, издав громкий стон.
— В спине еще дробь…
По моей собственной спине толпой пробежали ледяные мурашки. Я попятилась, выставив руки, в бесполезной попытке защититься.
— Ты должна. За это я тебе расскажу то, что тебя очевидно интересует. — Я остановилась и вскинула глаза на вампира. — Почему моя регенерация не работает.
Я выдохнула, зажмурилась и на несколько секунд замерла. Меня мутило от вида крови, а от мысли о том, чтобы резать живую плоть, сознание начинало медленно, но неумолимо уплывать, но… Каждое мое действие приближало мою цель. С каждой уступкой вампир становился все больше мне обязан.