Мой непокорный вампир
— Это все — полный бред. Иконы, кресты, молитвы. Святая вода, серебро, чеснок. Соль… Вербена! — Тут он рассмеялся, и не будь ситуация такой жуткой — я бы влюбилась в него за один этот смех. — Кто вообще мог до такого додуматься, кому помешала эта милая, безобидная травка? — И он снова замолчал, так же резко, как и заговорил.
Мы сидели в молчании. Его глаза беззастенчиво сверлили меня, осматривая с ног до головы, а я чувствовала себя все более беззащитной, стискивала изо всех сил мягкую ткань халата. И вдруг поняла: это ведь он заставил меня так вырядиться! Наверняка стоял на балконе, смотрел за мной сквозь стекло, оставаясь скрытым во тьме, и приказывал мне надеть сексуальный наряд!
Эта догадка окончательно вывела меня из себя. Я не знала, что сделаю в следующий миг — разрыдаюсь или закричу, настолько сильными и противоречивыми были чувства, терзающие меня. Собравшись остатками сил, я резко встала, схватила с кровати длинный махровый халат и закуталась в него поверх пеньюара. Мне стало чуть теплее — и капельку легче.
— Зачем ты здесь?... — выдавила я с трудом, стараясь не смотреть на пугающего незнакомца.
Он вздохнул, словно собираясь с мыслями. Встал, прошелся туда-сюда по комнате. Я не сдержалась, подняла глаза и залюбовалась его крепкой фигурой — в каждом движении чувствовалась сила, звериная грация. А уж как джинсы обтягивали его бедра… Тряхнув головой, я усилием заставила себя поднять глаза на лицо вампира, и поймала его насмешливый взгляд — похоже, он читает мои чувства как открытую книгу. Стыдливый румянец залил мои щеки, но я лишь сильнее стиснула зубы и не отвела взгляд.
Опять вздохнув, он снова уселся, развалившись в кресле и вытянув перед собой скрещенные ноги. Длинные, изящные пальцы он медленно переплел перед собой и уложил на живот.
— В общем, девочка, такие дела. Вчера я пил твою кровь, как ты, может быть, помнишь, — До этого момента все воспоминания вечера словно таяли в дымке, ускользая каждый раз как я тянулась к ним — но теперь все вдруг стало кристально ясным. — Для нас, вампиров, это обычное дело — немного чар, выпить крови, возможно, заняться сексом… — Он снова плотоядно осмотрел меня, и мне показалось, что он сейчас облизнется, как зверь, увидевший кусок свежего мяса. Но он сдержался и продолжил: — Но нас так грубо прервали, что я не закончил ритуал. И, что еще более досадно, — он скривился, словно лизнул лимон, — я… Я прикусил язык! — Несмотря на всю жуть ситуации я не смогла удержаться от смеха. — Не смейся, дослушай сначала! — Вампир явно досадовал на свою оплошность и особенно — на то, что приходится рассказывать о ней мне. — Все бы ничего. Но капля моей крови попала тебе на плечо, а затем…
— Я слизала ее… — Воспоминание мгновения вспыхнуло в моей голове: вот я удивленно смотрю на капельку крови на пальце, не понимая, чем мне ее стереть, и машинально подношу пальцы к губам… Кажется, я даже почувствовала этот странный вкус на языке. Действительно, смеяться мне совсем расхотелось. Я во все глаза смотрела на вампира, а чувство ужаса затапливало меня, грозя в любой момент выйти из берегов.
— Ты выпила мою кровь, и тем самым начала ритуал инициализации. Но я не могу сделать тебя своей! — Сквозь напускное безразличие все сильнее проступали человеческие чувства: злость, растерянность и даже, кажется, немного стыда. — Старейшина все мне сказала! Если я сейчас приму тебя в клан, то ближайшие двести лет инициация для меня будет закрыта. А зачем ты мне? Я даже не знаю тебя! Я не хочу быть рядом с тобой следующие несколько веков. Наш клан — это куда более близкие отношения, чем в людской семье, мы больше, чем родители и дети, чем братья и сестры, мы по-настоящему близки друг другу. И тебе нет места среди нас!
Все еще борясь с подступающим к горлу страхом, я не могла понять — в чем же проблема ситуации?
— Ну я и не настаиваю. Я и не хочу быть вампиром. Просто уходи и оставь меня, забудь, сотри мне память, или что там вы делаете в таких случаях! Никто и не поверит мне, но я и не расскажу, никогда, ни за что! — Я отстраненно, словно со стороны, слушала собственную сбивчивую речь, отмечая истерические нотки. Наконец, мне удалось заставить себя замолчать, с тяжело бьющимся сердцем дожидаясь ответа вампира. Ведь будь все так просто — его бы не было сейчас здесь, и не было бы всего этого разговора…
Я почувствовала, как страх покидает меня. Неужели все так просто? Конечно, я могу просто умереть — и не для кого не будет никаких проблем и забот. Я рассмеялась, удивляясь тому, как низко и сексуально прозвучал мой смех. Вампир улыбнулся мне в ответ, и наконец сделал то, чего я, оказывается, так ждала и жаждала. Приоткрыв губы, он кончиком алого языка медленно облизал губы.
Меня бросило в жар. Я принялась выпутываться из толстого халата — но тщетно, он держал меня, словно крепчайшие путы, но мой герой пришел мне на помощь. Сильные руки одним движением избавили меня и от махрового халата, и от тонкого шелка под ним — но я вовсе не была против, наоборот, я чувствовала, что именно этого я и хотела. Уже так давно.
Подхватив меня на руки, вампир отнес меня в кровать, по пути незаметно выключив свет. В темноте горячие руки ласкали мое тело тут и там, и вскоре к ним присоединились и губы — нежные, страстные, настойчивые. Я стонала, выгибалась навстречу его движениям, я задыхалась от страсти и чистейшего, неземного восторга. И совершенно не заметила момента, когда вампир избавился от своей одежды — лишь почувствовала, как ко мне прижалась уже не грубая ткань, а горячая обнаженная кожа.
Последний раз опалив мои губы страстным поцелуем, проникая языком в самую глубину моего рта и давая мне ощутить острое прикосновение его клыков, он мягким движением перевернул меня на живот и раздвинул мне ноги, устраиваясь между них. Послышался треск — вампир избавился от непрочного кусочка ткани, все еще разделявшей нас — просто разорвал мои трусики и отбросил куда-то в сторону. Я почувствовала, как его горячая плоть прижалась ко мне, и замерла, зная, что сейчас произойдет, и желая этого больше всего на свете. Сердце гулко билось в ушах, громкое учащенное дыхание перемежалось низкими стонами — я не могла больше ждать, а вампир все медлил. И тогда я прошептала едва слышно:
— Давай же, я разрешаю тебе! — и это словно стало последней каплей.
Двойная боль пронзила меня — острые зубы впились в шею, пронзая тонкую кожу, и тут же вампир вошел в меня, прорываясь сквозь последнюю преграду…
Боль, сладость, восторг — чувства захватывали меня, кружа среди звезд, унося в неизведанные ранее дали. Я зажмуривала глаза, отдаваясь своим ощущениям — горячее тело, прижавшееся к моей спине, ритмичные толчки, пряный и острый запах вампира, запах крови, текущей из моей шеи, горячие прикосновения языка — все это лишь сильнее возбуждало меня, и я тонула, теряя последние остатки себя в этом страстном тумане…
Ничто больше не имело значения.
«Ну хоть не десять вечера, как вчера», хмыкнула я.
Вчера...
Воспоминания нахлынули удушливой волной, мигом приводя меня в состояние паники. Неудержимая дрожь затрясла мое тело, так что зубы застучали. Я не верила тому, что вспоминала — просто не могла. Разве такое может быть? Но оставался способ проверить...