Спросите Фанни

Не ожидая продолжения, Лиззи сорвалась с места и помчалась по грунтовой дороге прочь из Шугар-Хилла в городок Франкония, где остановилась у мигающего фонаря и перевела дух. Слава богу, никто за ней не гнался. Она вычислила, что Джессика видела машину, может быть, секунды три и вряд ли сможет описать ее, а если учесть, что автомобиль черного цвета, возможно, девчонка вообще его не разглядела.
Но если все-таки разглядела, то пожалуется отцу. А чья еще черная машина может сейчас маячить возле его дома?
Звякнул телефон.
«Папа забыл имя Гэвина. Вот видишь?»
 
* * *
Когда она приехала в дом отца, на кухне уже было все вымыто и родные сидели в гостиной, где Мюррей смотрел игру «Сокс». Джордж развалился на диване, изучая что-то в ноутбуке. Лиззи взяла себе пиво и присоединилась к ним. Она не поручилась бы, что Рут подняла брови, но сестра точно покосилась на бутылку, и этого было достаточно.
— Ну давай, Рут, скажи вслух, — бросила вызов Лиззи.
— Что сказать?
— Что я слишком много пью.
— Я не обязательно так думаю, — сделала поправку Рут. — Просто меня удивляет, что ты пьешь после ужина.
— Значит, пить до ужина в порядке вещей, а если я пью после ужина, то я алкоголик?
— Ой, перестань, — отмахнулась Рут. — Я не говорила, что ты алкоголик.
Мюррей закричал:
— Браво, Большой Папа! [25] — и радостно выкинул кулак в воздух.
— Просто, по-моему, тебе надо следить за тем, сколько литров в день ты пьешь, — произнесла Рут. — Кстати говоря…
— О господи, — с мученическим выражением лица вздохнул Джордж. — Что теперь?
Рут распустила волосы и сложила руки на коленях.
— Раз мы все здесь, я считаю, пора поговорить об отцовском будущем. Мы должны знать, какие существуют варианты, и подготовить план действий.
В воздухе повисло неловкое молчание, хотя Мюррей, кажется, не слышал ее слов: он развалился в кресле и выковыривал остатки еды из зубов.
— Я не предлагаю предпринимать меры прямо сейчас, — продолжала Рут. — Но, по-моему, самое время подыскивать интернат.
— Ты торопишь события, — возразила Лиззи.
— Послушай меня, — не сдавалась Рут. — Морган не разговаривал со своими родителями на эту тему, а потом Джейни умерла, и некому стало присматривать за Хербом. Он перестал готовить и питался только хлопьями, но когда брат Моргана предложил ему переехать в дом престарелых, отец отнесся к этому как к полной чепухе. Они ругались месяцами. Херб похудел на девять килограммов.
— И, кажется, умер через два месяца после переезда в интернат, — напомнил Джордж. — Уверен, что от горя.
Рут проигнорировала его замечание.
— Что касается нашего отца, то я не собираюсь просто вырывать его из привычной обстановки. Но он стареет, и ему требуется более основательная помощь, так что нам надо подумать, чем все это может закончиться.
— Я вообще-то здесь, — не отрывая глаз от экрана, произнес Мюррей. — Если вы не заметили.
Рут виновато взглянула на него, отчего Лиззи испытала злорадство, но тут же устыдилась своих чувств.
— Но, папа, ты даже домработницу не хочешь пригласить, — не сдавалась Рут.
— А разве у меня грязно?
— Нет, чисто, но в какой-то момент тебе не захочется пылесосить. У тебя ведь есть деньги. Найми кого-нибудь. И еще я считаю, что тебе не стоит лазить по лестницам, — набравшись уверенности, продолжила Рут. — Ты можешь упасть и сломать бедро, — повысила она голос, когда Мюррей закатил глаза. — Знаешь, что бывает, когда люди ломают бедро? Они лежат в больнице полтора месяца. Теряют мышечную массу, а это начало конца. Спроси вот у Джорджа. Правда ведь, Джордж?
— О господи, Рут! — воскликнула Лиззи, поскольку ей показалось, что сестра перегибает палку. — Тебе не кажется, что ты слишком сгущаешь краски?
— Главное — все спланировать, — возразила Рут. — Если предвидеть сложности, их можно избежать. А если закрыть на них глаза, будет только хуже.
— Закон Рут, — усмехнулся Джордж.
— Если ты живешь в восьмистах километрах отсюда, это не значит, что никто не заботится об отце, — сказала Лиззи. — Я бываю здесь как минимум раз в неделю, и Джордж тоже…
— Когда не мотается в Аризону, — перебила Рут.
— Ничего себе! — возмутился Джордж. — А кто ездит в Мексику каждый год? А кто прошлым летом в одиночку на две недели летал в Европу?
— Я уже говорила вам: в случае чего я села бы на ближайший самолет. К тому же я никогда не расстаюсь с телефоном.
— Я тоже, — сказал Джордж.
— А вот я, например, никогда не езжу так далеко в отпуск, — подчеркнула Лиззи. — У меня нет денег, чтобы кататься за пределы штата, а теперь мне могут и вовсе запретить покидать район.
— Мы отклонились от темы! — прикрикнула Рут. — Проблема, которую мы обсуждаем, — это отец. Да-да, ты, папа. Что, если ты поскользнешься в душе? У тебя там даже поручня нет!
Лиззи стало стыдно за то, что она сама не подумала об этом.
— Я могу привинтить, — вызвался Джордж.
— Нет, я сам могу привинтить! — воскликнул Мюррей, поворачивая к спорщикам кресло. — Слушайте, я ценю вашу заботу, но кого, скажите на милость, касается, куда я качусь? Это мое дело. И я намереваюсь остаться здесь как минимум на десять лет. Вы не отправите меня в дом престарелых, дети, и точка. Понятно? Я не хочу есть за одним столом с незнакомцами, мастерить скворечники и делать зарядку в компании старых развалин! Даже когда совсем одряхлею, — добавил он. — Вы, ребятишки, видимо, иногда забываете, чего я лишился в жизни. Я потерял жену и сына. Я не хочу потерять никого из вас, но не хочу и остаться без собственного дома. Вам это, может быть, и кажется несущественным в общем масштабе, но для меня дом очень важен. Договорились?
— Договорились, — бодро закивала Рут. — Я рада, что ты высказал свое мнение. А как насчет помощи по хозяйству? Я волнуюсь, что ты начнешь питаться от случая к случаю. Не хочешь нанять кухарку?
— Я люблю готовить, — возразил Мюррей. — Я воспринимаю кулинарию как приключение.
— Никому не нравится торчать у плиты каждый день, — настаивала Рут. — Я не говорю, что нужна полноценная домработница, — просто женщина, которая будет приходить пару раз в неделю и готовить тебе ужин.
— Если понадобится, я сам разберусь, — отрезал Мюррей. — От этого разговора у меня повышается давление, Рут. Нам сейчас хватает и проблем Лиззи, а ты еще поднимаешь такую неприятную тему и заставляешь меня ворчать.
— Как будто я спрашиваю, как вас похоронить, — буркнула Рут.