Вампир в Академии магии, или поцелуй меня, любимый! 2

Хотя… а ведь правда! Вот он склонился надо мной, и его светлые волосы — хотя отчего-то не такие длинные, а в два раза короче — почти касаются моего лица.
Это Баиль, хотя уши у него обычные, человеческие. Он смотрит на меня странно, немного хмурится, что-то, по-моему говорит, но я в каком-то мороке сна не могу разобрать его слов.
Он наклоняется еще ниже и даже легонько хлопает меня по щеке, а я… распахиваю глаза шире и жадно смотрю в его совершенные черты.
Он прекрасен! Мой лучший друг…
В груди загорается огонь, который со скоростью пожара расползается по всему телу, и я вдруг отчетливо понимаю, что безумно хочу… его поцеловать!..
На задворках разума робко проскальзывает мысль, что это как-то неправильно, ведь я — Родерик Шими — мужчина, и не могу целовать кого-то своего пола, но… в противовес у меня появляется ощущение, что сейчас мне можно всё!
Абсолютно всё!
Я тянусь за поцелуем, мечтая прикоснуться к этим вожделенным губам, как вдруг в мою голову врезается настойчивый голос, полный откровенного беспокойства:
— Селий! Селий!!! Что с тобой??? Ты уже настолько пьян??? С одного бокала??? Ну не парень, а ребенок какой-то!
Стоп! Селий????
Ой!
    
Глава 9. Джонас: полнейшая капитуляция…
Джонас
Когда мы вошли в Дом Утех, я не удержался и внимательно посмотрел на Селия.
Мальчишка выглядел настолько испуганным и смущенным, что я невольно усмехнулся. Только усмешка эта отдавала глубокой печалью.
Я гнал от себя мысли о нем изо всех своих сил, и как будто уже достиг вожделенного равнодушия, но, увидев его сейчас в окружении куртизанок, почувствовал глубоко спрятанное неприятное ощущение… раздражения.
Она всё ещё есть во мне — тень ревности…
Это жутко огорчало, и я начал злиться. На эту самую ревность, на себя, на Селия, на весь мир!
Пообещал себе, что обязательно сегодня поимею сразу двоих девушек и получу от этого максимум удовольствия.
Но глаза все равно постоянно косились на возмутителя моего спокойствия, жаждая увидеть, влился он в атмосферу порока и удовольствий или нет.
Сперва он сидел на подушках мрачный, как туча. Я же расслабился и… позволил особо активной куртизанке поцеловать меня. Закрыл глаза, попытался отдаться этому поцелую, но… внутри было холодно и пусто. Абсолютно.
Значит, мне нужно больше прикосновений! Больше страсти!!!
Но ничего не выходило.
Я почти с отвращением разорвал поцелуй и снова посмотрел на Селия.
Мальчишка улегся на подушки и замер с закрытыми глазами. Девушки чувственно и услужливо массировали его пальцы, и по их лицам я видел, как они заинтересованы в нем. Видимо, он был красив не только для меня…
Ой, ну что я опять о его красоте??? Не хочу! Не хочу!!!
Но на лице Селия вдруг появилась легкая мечтательная улыбка, и я ощутил поднимающееся изнутри ещё бо́льшее раздражение.
Снова обернулся к куртизанке, которая с предвкушением распахнула глаза, и хотел наброситься на нее… в отместку Селию, но не смог. Просто не смог…
Не сумел даже притронуться к ней, потому что чувствовал себя опустошенным.
Вся моя выдержка — вот так просто в один миг — посыпалась прахом! Никакой свободы от своего безумия у меня не было и близко!!! Стоило Селию окунуться в удовольствие от чужих прикосновений, как мне тут же снесло крышу от ревности.
Да, я ревную! Безумно ревную и ненавижу всех этих продажных женщин вместе с их улыбками и прелестями! Ненавижу Владина, который притащил нас сюда, ненавижу своё сердце, которое оказалось таким… пропащим.
Едва не застонал от безысходности, как вдруг Владин весело меня окликнул:
— Братец! Будь другом, одолжи мне девушек на ближайший час! Я сегодня весьма ненасытен!
Мне было плевать на его желания и планы, поэтому я просто утвердительно кивнул, однако, когда куртизанки оставили в покое мои руки и волосы, я с облечением выдохнул.
Владин рассмеялся, поднялся на ноги и в облаке полуголых тел медленно удалился в одну из спален.
Обрушившаяся вдруг на уши тишина заставила меня вздрогнуть, и я увидел, что Селий… тоже остался один. Я удивленно оглянулся и понял, что кузен увел абсолютно всех девушек. Всех! Поразительная ненасытность!
И что-то внутри меня ёкнуло.
Что-то предательское и очень-очень нехорошее…
Предвкушающее. Радостное.
Потому что мы с Селием остались вдвоем…
Какое-то странное чувство охватило меня, и я неосознанно ему поддался.
Осторожно подполз к мальчишке и легонько ткнул его в бок. Он вздрогнул, но даже не открыл глаз. С изумлением я понял, что Селий просто-напросто спит!
Спит??? Уму непостижимо!
Неужели опьянел от одного бокала вина???
Но на душе стало как-то легко и свободно от мысли, что не с одной куртизанкой у него сегодня ничего не выйдет…
Дурак я, такой дурак…
Но улыбка сама наползла на лицо.
Я потормошил его еще раз — безрезультатно. Тряхнул за плечи и услышал недовольный стон.
Селий приоткрыл веки, посмотрел на меня затуманенным взглядом, но потом стремительно и широко распахнул глаза, тут же замерев, словно не меня увидел, а привидение.
И столько в этом взгляде было жадности и непонятного желания, что я даже немного смутился и поспешно произнес:
— Селий! Селий!!! Что с тобой??? Уже настолько пьян? С одного бокала??? Ну не парень, а ребенок какой-то!!!
После этих моих слов мальчишка словно очнулся и посмотрел на меня более осмысленно. Однако это не сделало его лицо менее удивленным. Он таращился на меня еще, наверное, с минуту и лишь потом опустил взгляд.
— Что происходит? — прошептал он тихим охрипшим голосом, а я, набросив на себя высокомерную беспечность, небрежно проговорил:
— Пока ты тут дрыхнешь, Владин уже всех девчонок себе забрал! Совсем ты еще зеленый!..
О боги, и что я вообще несу? Но остановиться уже не могу. Больше всего на свете меня пугает мысль, что Селий догадается о моих безудержных чувствах к нему. Это будет невыносимо для меня! Такого позора я не переживу…
Однако, в противовес всем страхам, в моей душе вдруг воцарилась непонятная легкость, поэтому я вернулся на свои подушки и, царственно развалившись, скомандовал:
— Принеси мне еще вина! Вот с того столика! — я указал в дальний угол. — И поторопись! Мне, в отличие от тебя, нужно сегодня много выпить…
Селий с трудом поднялся на ноги и слегка покачнулся. Потом пробурчал что-то с недовольством и поплелся за вином. Я смотрел ему вслед и получал невероятное удовольствие от ощущения своей власти над ним.