Зов Перводрева (СИ)

— Кто ж спорит... — я в очередной раз тяжко вздохнул, — А еще один кусок был в лаборатории на Гоцо. По словам рыцаря, которого я допрашивал, это был последний кусок, который там остался. И вот он...
Я замолчал, вдруг осознав, что я понятия не имею, куда делся тот кусок Перводрева, который я извлёк из колбы, отобранной у рыцаря. Я помнил только, как я потерял сознание в подземной лабе, и как рядом со мной на полу мерцало магией Перводрево, переливаясь чернью и золотом...
— Он был у вас в руке, — пришёл мне на помощь Кабаневич, — Черно-золотой шмат, со странным ароматом. От него шла аура, как от живого существа. Вы выползли из лаборатории чуть живой, князь, а в руке держали ломоть Перводрева. А потом вы тут же потеряли сознание.
— Я этого не помню, — признался я, — И куда же делся этот кусок...
— Он впитался вам в руку, — снова подсказал герцог, — На моих глазах. Просто всосался в вас, князь. Полностью, в вашу правую ладонь.
— ЧТО? — я произнёс это, лишь на секунду опередив Полётова, который явно собирался сказать то же самое.
— Это правда, — подтвердила Тая.
Впрочем, Тая может и соврать, особенно если её попросит её любимый дед-герцог.
Я посмотрел на Арум. Моя телохранительница, уже покончившая с едой и теперь с отсутствующим видом слушавшая нашу беседу, кивнула:
— Правда, господин. То, что вы вынесли из подземелья, впиталось в вас.
Я шокированный уставился на свою правую ладонь — так вот откуда этот странный ожог! Ожог был неправильной формы, он не регенерировал, даже не пытался. Кожа у меня на ладони не болела, но чуть зудела, след, оставленный Перводревом, был ярко-красным, как будто ожог был свежим.
Прикольно. Отличное дополнение к моему навечно сломанному в битве у Петропавловки носу и погнутой там же грудине. Этак к концу моих приключений я буду бегать на культях...
— Покажите, леший меня побери, — потребовал Полётов.
Великий князь так резко схватил меня за руку, что чуть не оторвал мне её.
— Полегче, Ваше Высочество.
Но Полётов не слышал моих слов, он разглядывал мой странный ожог. В глазах князя за толстыми очками вдруг что-то блеснуло — то ли ярость, то ли вообще страх...
А вот на Кабаневича смотреть было и правда жутко, герцог весь покрылся испариной.
— Да что происходит, господа? — потребовал я объяснений, — В моей крови теперь плещется Перводрево, или что вообще...
— Не в этом дело, — Полётов уже отпустил мою несчастную руку, но был крайне мрачен, — Что вы видели, пока были в беспамятстве, князь?
— Что видел? Да ни хрена я не видел, я же был без сознания...
— А если честно? — осведомился Полётов.
— Подумайте, князь, — потребовал Кабаневич.
Я напрягся. Вспомнить свои видения, пока я лежал без сознания, сейчас, после вина и еды, было уже нереально. Но я вспомнил, что вспоминал их сразу после того, как оклемался, в той комнатушке в отеле...
Это воспоминание о воспоминаниях я и озвучил:
— Ну, я вроде помню вентилятор на потолке в отеле... Еще эту вашу старуху-целительницу... Но это ведь всё было в реальности. Ну, и еще я помню речку. Да-да. Серую ледяную речку. Я как будто плавал в воде. И как будто у меня был хвост. А еще там был какой-то враг. Бородатый мужик. Он вроде как хотел меня убить. Наверное рыбак... А я как будто был рыбиной... Но это же всё бредни.
— Это не бредни, — в ужасе выдохнул Кабаневич, — Господи...
В последний раз я видел герцога таким напуганным, когда рассказал ему про черно-золотую ауру Алёнки. Происходило явно что-то не то, что-то очень нехорошее для меня лично.
— Вы читали «Сагу о Перводреве»? — спросил Полётов, глаза князя за толстыми очками сейчас ничего не выражали.
— Нет, — я не без труда припомнил, — Я читал другие саги, те которые мне дал мой тесть Старший Головин. И он же вроде рассказывал мне, что «Сага о Перводреве» — это подделка, позднейший вымысел. Она вроде существует только в русском переводе, а её источник неизвестен.
— Так-то оно так... — пробормотал Кабаневич, — Поглядите на ваш ожог, князь. Внимательно. Ничего не напоминает?
 
Я снова уставился на собственную руку.
Ожог был странной формы, но теперь я ясно смог разглядеть, о чем толкует герцог — мой ожог напоминал кривую звериную фигуру, с хвостом и вытянутой мордой. Я даже рассмотрел, что одно место посреди ожога осталось чистым, кожа там была нормального цвета — и это чистое место на ладони напоминало глаз на голове зверя...
— Да что всё это значит, леший меня побери?
— Это значит, что река из вашего видения — Волхов, — объяснил Полётов, — И человек с которым вы сражались в реке — отнюдь не рыбак. Это был Рюрик, князь. И Перводрево в вашей крови не плещется. Вы его не впитали. Вы его просто ПОЖРАЛИ. Также как и Рюрика, также как вы пожрёте и Солнце. И сами вы в ваших снах были отнюдь не корюшкой, к сожалению. Нет. Вы — вот это.
Полётов указал на мой ожог:
— Вы Крокодил, князь. Самое ненавистное всем магам существо во Вселенной. С чем вас и поздравляю.
Над столом вдруг заметались голубые вспышки.
Моя телохранительница Арум вскочила на ноги, опрокинув на пол пустую тарелку. Тарелка разбилась вдребезги, но Арум беспокоилась зря — на меня никто не нападал. Просто герцог Кабаневич и моя жена Тая попытались самым натуральным образом сбежать, оба сразу.
Вот только Полётов не дал кабанчикам телепортироваться.
Таю Великий князь просто сбил на пол ударом кулака, а герцога Кабаневича схватил за плечо и впечатал в стул. Сигара вывалилась изо рта герцога прямо в его чашку кофе.
— Ну уж нет, — жестко произнёс Полётов, — Либеральные масоны не бегают. Даже от Крокодилов.
 Глава 201 — Ожившие саги 
«Здравствуйте, госпожа канцлер. Вы меня не знаете, но я ваш друг. Мне известно, что Великий князь Нагибин — ваш муж. И мне СРОЧНО необходимо с ним связаться. Вопрос жизни и смерти. Дайте мне его контакт, прошу вас. У меня важная информация для Его Высочества»
ОТВЕТ:
«Кто вы такой? Откуда у вас мой контакт? Сперва объяснитесь»
Переписка в одном и мессенджеров
— Доставка, для Его Благородия барона Дристохватова, — произнёс курьер с сильным английским акцентом.
Фамилию барона этот молодой парень-англичанин вообще едва выговорил.
Все сидевшие за столом вздрогнули, Кабаневич даже выругался. Курьер появился внезапно, как будто сам был из клана Незримовых. Впрочем, наверняка дело было не в этом, парень был самым обычным неодарённым, просто мы все сейчас слишком погрузились в тяжкие думы, так что не заметили, как он подошёл...
— Да, это я, — подтвердил я, — Спасибо. Сенк ю.
Я на самом деле распорядился доставить мне посылку на имя выдуманного барона Дристохватова. Называться своим настоящим именем было просто опасно, слишком многие мои враги сейчас бы заплатили хорошую сумму за информацию, что я в Риме.
Я встал из-за стола, показал курьеру QR-код, подтверждая тем самым, что это на самом деле я заплатил за покупки, а потом еще дал парню два рубля на чай наликом.
Когда курьер ушёл, я затолкал под стол коробку с зачарованным шмотом, а сам распечатал бумажные конверты из «Gigacerebrum».
В первом конверте лежал мой волшебный кастет, усиливающий удар — кастет был из крепкой стали и блестел, как новенький. В общем-то он и был новеньким. А еще он оказался довольно увесистым, как только я взял его в руку — над кастетом тут же заискрилась слабая сине-фиолетовая аура.
На кастете был отчеканен герб клана Умновых, которым и принадлежала компания-изготовитель — раскинувший крылья толстый филин.
— Положите, — потребовал Полётов, — Вам все еще нужно отдыхать, князь. Ваша аура еще полностью не восстановилась, а такие штуковины тянут магику прямо из сердца.