Третья Сила (СИ)
Фон Тирд, тем временем, куда-то быстро удалился, но я не стал его унижать вопросами лишний раз. Впрочем, он вернулся еще до того, как я стал задумываться над вопросом, правильно ли поступил, поделикатничав. Вернулся полностью одетый в добротный и даже нарядный костюм, с широкополой шляпой в руке и черным глянцевым плащом, перекинутым через локоть.
— Идем? Впрочем, прошу прощения, господин, — тут же исправился он с легким поклоном, — я не должен был задавать вам вопросы…
— Угу, — согласно покивал я головой, — а еще не должен был отлучаться не спросив разрешения… — и продолжил, не давая вампиру начать снова унижаться, — может перейдем на более свободный стиль общения? Меня совсем не радует, что ты постоянно говоришь мне «господин». Хочешь верь, хочешь нет, но я понятия не имел о том, что случится, если я напою тебя своей кровью и теперь меня просто с души воротит от твоего унижения! Кстати, а почему так? Княжну ведь я тоже поил и ничего, никакого эффекта подчинения. А ты… Мне очень нужны ответы на некоторые специфические вопросы и я просто боялся, что отвечать у тебя элементарно не хватит сил…
Вампир слушал меня покачивая головой с непередаваемой усмешкой на все еще излишне суховатых губах, а потом внезапно вскинул голову, проницательно вгляделся мне в глаза и воскликнул почти как известный в моем мире персонаж Булгакова:
— С ума сойти! Кто бы мог предположить?! Меня поработило милосердие..! — и хрипловатый, какой-то каркающий смешок разорвал тишину подземелья, — Вы прежде всего пожалели меня, господин, и не отрицайте — я умею чувствовать такие вещи!
Я слегка смутился его проницательностью. Пожалел? Возможно. Сложно было не посочувствовать кому-либо, когда он в таком жутком положении. Однако отвечать вампиру я стал, посчитав за лучшее, сменить тему.
— Ну, так как на счет другого формата общения? Ты не ответил…
— А что конкретно ты предлагаешь, кроме обращения на «ты» и… по имени?
— Вот именно. Просто взаимное уважительное обращение, примерно приятельский формат, без уничижительных форм и постоянного упоминания зависимости. Идет?
— Раз уж ты поработил меня нечаянно, то может и освободишь? — вампир прищурился с хитрой улыбкой, под верхней губой блеснули белым перламутром внушительные клыки.
Я улыбнулся в ответ:
— Не исключено… Только не так скоро, как тебе бы хотелось, ну и не без некоторых условий.
— Как изволишь… — Волюнд с напускным равнодушием пожал плечами, — так о чем ты хотел узнать?
«Не поверил», — мысленно прокомментировал я его реплику, но пытаться переубедить не стал…
***
«Ну да, «хотел узнать»! Да у меня вопросов, на самом деле, до черта, если не больше. Только вот место тут для беседы не самое лучшее, а подниматься на поверхность..? Два мужика в ночном замке с полуголой княжной на руках..? Угу, а если кто-то вдруг попадется навстречу, то мочить без лишних разговоров. Смешно-о… Или она теперь сама пойдет?» — я с некоторым сомнением посмотрел на угомонившуюся Лилли, но теперь, когда над ней перестала давлеть воля вампира, девушка просто крепко спала в своих путах и как-то непохоже было, что ее легко можно добудиться.
Впрочем: будет она спасть или нет, а позволить девушке опять шлепать босыми пятками по каменному полу замка, мне совесть не позволит. Так что альтернатива невелика:
— А скажи-ка мне, мой клыкастый друг, что ты знаешь про секретные ходы в замке?
Видимо этот вопрос вампир ожидал услышать… не скоро, если вообще ожидал, потому что уставился на меня недоуменно, но тут же скроив утрировано-покорную физиономию, все же начал отвечать, «рекламной» интонацией напомнив мне джинна, но не «моего», а персонажа «Алладина»:
— Что? Абсолютно все! Поскольку ни кто иной, а именно я, присутствовал еще при его закладке сего строения, — он приложил руку к груди и коротко кивнул головой, будто представляясь, а потом, чисто человеческим жестом, простовато почесал в затылке и светски осведомился, — прикажете проводить?
— Веди, — согласился я, не обращая внимания не его гримасы и ёрничание, — первым делом — к спальне княжны, — и отвернувшись, принялся отвязывать Лилли от кресла.
Однако, когда держа княжну на руках, всего спустя пару минут я обернулся, то едва ее не уронил, стоило мне только взглянуть на вампира..! Мог бы — ущипнул себя или даже надавал себе пощечин, однако легонькое тело девушки на моих руках, лишало меня любых проявлений мазохизма, поэтому я только потряс головой, будто конь отгоняющий овода и снова уставился в лицо Волюнда, которое за тот короткий срок, пока я отвлекся на Лилли, преобразилось буквально до неузнаваемости!
Стоял, таращился как завороженный вампиру в лицо, а в мозгу кто-то ныл на одной ноте: «Бли-и-ин!», потому что сначала никаких других мыслей просто не было! И только спустя пару минут удалось подумать более-менее членораздельно: «Так вот почему столько разговоров о неотразимом шарме вампиров!» А мужчина, стоящий передо мной… Хотя, какой там «мужчина»?! «Молодой парень» — вот это сейчас самое то! Так вот: парень, грациозно опирающийся сейчас на саркофаг, был не просто красив, нет, в его внешности было нечто большее! Такое…
«Вот так нормальные мужики и меняют свою сексуальную ориентацию!» — всплыло вдруг под черепом откуда-то из глубин сознания. Однако мысль оказалась весьма отрезвляющей: я еще раз с такой силой тряхнул головой, что едва не спровоцировал себе сотрясение мозга, однако извилины встали на место и морок отхлынул. А этот гад смотрел на меня и насмешливо скалился!
— Еще раз выкинешь такое, — зло ощерился я в ответ на его лучезарную улыбку, которая с готовностью сменила насмешку, — я тебе морду набью и не посмотрю, что смазливая!
Вампир в секунду стал серьезным и отвесил мне глубокий поклон.
— Может хватит кривляться?! — разозлился я еще больше.
— Я не кривляюсь, — все с той же серьезной физиономией откликнулся Волюнд, — я искренне благодарен тебе, что даже в гневе ты пригрозил мне всего лишь мордобоем!
— Потрясающе! А чем должен был?!
— Ну, например тем, что пересмотришь условия нашего общения…
— Угу, понимаю, — я покивал головой, — трудно сразу поверить, что имеешь дело не с мразью. Богатый опыт?
Вампир повел плечами:
— Да уж не маленький… Ну, что? Идем? — и сквозь вновь загустевший туман, мы двинулись к лестнице ведущей на поверхность…
Глава двадцать вторая. Психотропное оружие средневековья
Вопросов у меня конечно было множество, но первый, который я задал, едва переступив порог своей комнаты, звучал так:
— Ну и что это было?
— Что именно? — недоуменно поднял свои совершенные брови на идеальном челе фон Тирд.
Я зло фыркнул, потому что не смотря на заметное просветление в мозгах, подолгу смотреть вампиру в лицо я все еще опасался: подвергать сомнению собственное мужское естество, было, по меньшей мере, неприятно, а если быть совсем уж откровенным, то и боязно!
— Тирд, не зли меня, не корчь из себя идиота! Что случилось с твоим лицом?!…И почему я так на него среагировал? — все же добавил после небольшой паузы: в конце концов — с наваждением я справился и стыдиться мне нечего, даже если такое действие вампир оказал исключительно на мою персону…
А вообще — сочувствую женщинам! Им, бедным, вообще против этого мерзавца не устоять. Как там говорят? «Бабья погибель»? Вот он эта самая погибель и есть! И ведь вроде ничего особенного, приходилось мне и красивее парней встречать, а тут..? Хотя-я…
Если разобрать его лицо на отдельные черты, то можно понять откуда взялось очарование: сознание человека тянется к идеалу, а лицо Волюнда идеально! И густые, темные кудри, и овал лица, каждая черта в отдельности и их сочетание. А уж светлые глаза на смуглой коже без малейшего изъяна — это вообще классика жанра: не знаю ни одного человека, которого оставил бы равнодушным такой контраст! Губы… Бли-ин, глядя на его губы невольно задумываешься о том, какие они в поцелуе!!! Я прислушался к себе с некоторым страхом и облегченно вздохнул: «Нет… мысли вполне себе гипотетические и реальной тяги не чувствую, так что целоваться с вампиром я бы не стал!»